На самом краю поля стоял перекошенный амбар. С жутким скрипом растворив ворота, старик вошел первым, а девушки последовали за ним в темноту. Старик дернул какой-то рычаг, и на потолке зажглась тусклая лампочка.

— Вот! — с гордостью указал хозяин.

Два расплывшихся борова не обратили на посетителей внимания. Один из них, казалось, спал и во сне пожевывал уши второго, а другой валялся мордой в какой-то бурде и мирно похрюкивал.

— Красавцы! — похвастался старик.

С тонких стен свисали цепи — на двух или трех из них крепились метлы и вилы.

— А-а-а… — Наташа жадно посмотрела на метлы.

— Они заказаны, — предупредил хозяин.

Но лететь на сомнительных свиньях очень уж не хотелось — они вызывали самые страшные подозрения.

— И… — начала было Маша.

— И вилы тоже, — довольно потер руки старикашка. — До единой.

— Может, лучше на самолете, а там своим ходом? — предложила Маша.

— Не успеем, — мрачно буркнула Наташа. — Чехия — это не Воронеж, туда виза нужна. Придется рисковать жизнью.

— Да вы не волнуйтесь, — развеял сомнения старикашка. — Их главное — покормить, а норову у них на табун лошадей хватит.

— Ну да… — без энтузиазма согласилась Наташа.

Служитель щелкнул длинным хлыстом прямо под носом у свиней. Те приподняли веки, прищурились, подобрали под себя передние ноги и снова впали в спячку. Наташа метнула на старичка такой взгляд, что тот сразу же подобрался, дико гаркнул, ударил плетью так, что боровы вскочили, захлопали глазами, а старичок торопливо вывалил из мешка в деревянное корыто неаппетитное месиво. Свиньи оживились — поднялись и сунули морды в кормушку.

— Старые они уже, — пояснил дед. — Ща пожрут — и в дорогу.

Пока боровы обедали, Наташа провела рукой по спине одного, посмотрела на ладонь, увидела жирное пятно и сплюнула от возмущения. Наконец животные наелись, старикашка подкинул пару замызганных попонок, девушки уселись на толстые спины и перекрестились на дорожку.

— В Прагу, — приказала Наташа.

— Это… — напыжилась Маша, — тпру!.. Или как вас там…

Свиньи томно вылетели из окна и со скоростью скейтборда направились на запад. Полет не доставлял ни малейшего удовольствия. Животные то и дело падали в воздушные ямы, врезались в облака и ни с того ни с сего останавливались. Маша с Наташей отбили о них пятки, сорвали глотки, а пальцы болели от того, что приходилось намертво держаться за скользкие, жирные уши. Но вдруг боровы совсем остановились и начали плавно, заваливаясь на бок, падать вниз.

— Что за черт?! — испугалась Маша, с трудом удерживаясь на качающейся свинье.

— Может, эти твари проголодались? — откликнулась Наташа.

— Смотри! — забыв о недовольстве, вдруг воскликнула Маша. — Прага! Прага!

— Ух ты! — подхватила Наташа и чуть было не поцеловала свинью в щетинистый затылок: довез как-никак до центра Европы. — Я-то думала, мы не дальше Тулы уехали…

Прямо под ними блистали Градчаны — центр старого города. Где-то слева высился собор Святого Витта. На холме раскинулся чудесный, манящий парк. Вокруг теснились черепичные крыши — днем красные, а вечером бурые верхушки старинных домов, каждый из которых, как показалось девушкам, имел собственную таинственную легенду.