Без предупреждения.

Дроиды не стали ждать последующих атак. Они адаптировались с невероятной скоростью и с безжалостной логикой машины.

И Ник Росту, уставившийся на экран сканнера, даже не заметил, как у него самого начала отвисать челюсть, когда сначала один, потом дюжина, потом сотня с лишним красных точек стали синими:

– Теперь они враждебны, - восхищенно пробормотал Ник.

– Да.

– Все до единого.

– Да.

Двести двадцать семь дроидов-истребителей оторвались от шаттлов, чьи молчащие орудия поместили их ниже порога опасности, установленного в дроидных мозгах, и обрушились на шестьдесят девять «Турбо-штормов» ураганом разрушения.

ТВК начали загораться и падать.

– Ты это планировал?.

– Это еще не все.

– Неужели? И что же мы будем делать теперь? Дюжина истребителей устремилась к ним.

– Теперь, - ответил Мейс Винду, - мы сваливаем. Он схватил пояс Ника. Ник уставился на джедая с неприкрытым ужасом:

– Только не говори мне…

– Хорошо.

Прыжок, подталкиваемый Силой, выкинул их из кабины буквально за секунду до того, как корабль начал разваливаться под сотнями пушечных лучей; буквально через две секунды ТВК взорвался, но к тому времени Мейс и Ник уже были пятьюдесятью восемью метрами ниже и постепенно набирали скорость, падая без репульсорных ранцев сквозь пламя, дым и бластерные очереди кипящей вокруг битвы.

Вопль Ника был фактически неслышим на фоне ре-вушего ветра и взрывов.

Одними губами Мейс прошептал:

– Ты же сам просил, не говорить.

Ник провел большую часть падения, ругаясь в полный голос (впрочем, его речь все равно была неслышна) на тему того, что он заканчивает свою юную жизнь в качестве «главного помощника какого-то психованного мастера - джедая с орехами никкель вместо мозгов».

В свободном падении, плотно держа одной рукой Ника за пояс, Мейс потянулся сквозь Силу и нашел световой меч.

Он почувствовал его знакомый отзвук где-то далеко внизу. Ник свернулся в позе эмбриона, прижимая ноги к груди побелевшими от напряжениями руками, уткнувшись лицом в собственные колени и громко при этом ругаясь. Несмотря на то что он все время потихоньку вращался, его плотная «бомбочка» делала его нейтральным в плане аэродинамики, что позволяло Мейсу направлять общее падение простыми наклонами собственного тела.

Они планировали в сторону цели, которую он с трудом видел: двумя километрами ниже и в четверти километра к западу один из ТВК медленно опускался в сторону джунглей, вращаясь вокруг своей оси в клубах плотного черного дыма. ДИ игнорировали его, сосредоточив усилия на тех кораблях, что еще стреляли в ответ, а также крутились и вертелись, отчаянно пытаясь избежать повреждений.

Корабль Депы очень правдоподобно смотрелся поврежденным и беспомощным.

Раз за разом мимо Мейса и Ника во время их долгого-долгого падения пролетали на самых разных скоростях, зависящих напрямую от коэффициента сопротивляемости ветру, куски дымящейся дюрастила и обломки репульсоров. Но ни одного тела мимо не пролетело: Мейс и Ник уже падали на максимальной для человеческого тела скорости падения.

На Харуун-Кэле она была чуть меньше трехсот километров в час.

Скорость падения корабля была значительно меньше: он лишь казался вышедшим из-под контроля. Именно поэтому, Мейс плотно сжал Ника в нескольких сотнях метров над кораблем, и потратил немало энергии, чтобы с помощью Силы замедлить падение и избежать гибельного удара.

Во время этого падения Ник лишь раз отвел взгляд от колен и посмотрел на крышу бронированного корабля. Он смотрел на него ровно столько, сколько потребовалось для того, чтобы очень живо вспомнить слова Мейса о размазанных кровавых пятнах на ветровом стекле.