Из-за неожиданности, паники и переполненности отсека половина из них, вероятно, перестреляла друг друга

На некоторых телах были характерные почерневшие разрезы от светового меча, моментально прижженные самим же лезвием. Метод, которым Депа разобралась со стрелками в сферах-турелях, был элегантнее и по-жестокому эффективнее метода Мейса: она просто проткнула дюрастил люков насквозь, у6#в людей прямо в их креслах.

Тела по-прежнему сидели там, сжимая мертвыми руками двойные ручки их счетверенных пушек.

И, конечно же, запах: паленая плоть и озон.

Крови не было. Совсем.

Все эти люди были мертвы до того, как она подобрала Шрам и Кара Вэстора. Двадцать четыре человека.

Меньше чем за минуту.

Мейс обернулся и увидел ликующего Кара Вэстора, следящего за джедаем глазами.

– Ее место здесь, - прорычал лор пилек.

Мейс молча отвернулся и взобрался по наполовину открытой двери, чтобы помочь Нику залезть внутрь.

Соскользнув вниз, в заполненный трупам отсек, Ник молча застыл на месте. Он прислонился спиной к поверхности двери и задрожал.

Мейс оставил его в покое. Он проскользнул мимо Вэстора и вернулся в кабину:

– Шрам, уступи мне место.

Девушка-корун хмуро посмотрела на Депу. Депа кивнула:

– Все хорошо, Шрам. Делай, как он говорит.

Когда Мейс, наконец, забрался в кресло, он склонился над экранами, пристально их изучая. Он чувствовал, как Депа смотрит на него, но не поднимал головы.

– Можешь сказать все, если хочешь, - произнесла она через несколько секунд. - Я не против.

Половина внимания Мейса осталась направленной на данные основного сканнера, на котором дроиды-ис-требители уничтожали корабль за кораблем, а вторую половину Мейс направил на информационные записи ТВК, изучая полетные планы. Коды управления.

Опознавательные коды.

– Правда, Мейс, все в порядке, - грустно сказала она. Наполовину ослепленная мигренью, еле дышащая, она оглушенно моргала, смотря сквозь остатки ветрового стекла. - Я знаю, что ты думаешь.

– В этом я сильно сомневаюсь, - тихо сказал Мейс.

– Да, мой путь не является правильным. Я знаю это, - мягкий, наполненный горечью смешок. - Я знаю. Но это единственный путь.

– Единственный путь к чему?

– К победе, Мейс.

– Так ты называешь то, что сотворила? Победой? Она устало кивнула в сторону битвы, что по-прежнему бурлила над ними:

– Эта битва - ' шедевр. Даже после всех твоих подвигов, которым я была свидетелем, я бы не поверила, что ты смог бы совершить подобное, если бы не увидела все сама. Сегодня ты фактически совершил невозможное.

– Сегодняшний день еше не окончен.

– Но он все равно уйдет впустую. К концу этого дня что ты совершишь? Уничтожишь большую часть военных сил ополчения? И что? - ее голос охрип, и слова выходили с трудом, словно она выдавливала их сквозь боль. - Ты дал нам несколько дней. Возможно, недель. Не более Когда ты уйдешь, мы по-прежнему будем здесь. Мы по-прежнему будем умирать в джунглях. Балаваи получат новые корабли. Столько, сколько попросят. И мы снова будем их убивать. Мы должны заставить их бояться джунглей. Потому что этот страх - единственное наше оружие.

– Не сегодня.

– Что? Я… О чем ты говоришь?

– Я решил, - сказал Мейс, по-прежнему изучая сенсорные экраны, - что ты все время была права.

Депа заморгала, не веря:

– Правда?

– Да. Мы использовали этих людей в собственных целях.