— Я вас понимаю. А как вы познакомились с Гарри?

— И это все? — спросил он. — Эту часть их истории я и так уже знаю целиком.

— Вот и все, Томми, наверное, я не очень сильна по части допросов с пристрастием.

— Ну да, как же, детка, меня ты довольно часто допрашиваешь.

— Я просто задала ей все обычные вопросы, которые женщины задают друг другу, и это все, что она мне на них ответила. Мне не показалось, что она старалась что-то скрыть.

— У этой парочки, — сказал Томми, покачав головой, — есть до черта чего скрывать. И поверь мне, я не успокоюсь, пока все это не узнаю.

— Единственное, что я хочу сказать, Томми: если у тебя есть такая большая яхта, разве тебе не понадобилась бы на ней какая-нибудь прислуга? Я имею в виду, тунца приготовила я сама. Эта девушка ни черта не смыслит в кулинарии.

— Может быть, они любят сами готовить для себя.

— Или любят, чтобы их гости готовили для них, — сварливо сказала Рози.

— Мы должны это на время отложить, — сказала она.

— А в чем проблема? — спросил он.

— Этот полицейский, Томми Скалли, уж слишком часто вертелся рядом последнюю неделю или около того — во время нашей экскурсии на риф, например. Это была идея Гарри — пригласить его и его жену.

— Может, они просто ему понравились.

— Это совсем не похоже на Гарри — любить полицейских, а тем более приглашать их к себе на пикники.

— А что Гарри имеет против фараонов?

— Может, один из них напугал его мать, когда она была беременна. Какого черта, откуда мне знать?

— Ты же вышла за него замуж.

— Возможно, но я знаю его ничуть не лучше, чем всякий другой. Да, я знаю, что он любит на ужин и что он любит в постели, но во всем остальном я для него посторонняя.

— Никто не может держать свою жену в неведении о своей жизни: жены всегда знают слишком много. Моя, во всяком случае. Она вечно, черт бы ее побрал, знает все.

— Ну, может, я просто не лучшая жена. Гарри по натуре крайне скрытен: он ни одного лишнего слова не скажет никому, даже мне.

— Но ты имеешь доступ к его банковскому счету, ты его единственная наследница, верно?

— Да, но в его завещании не сказано, каково его состояние и где оно находится. Я знаю, что он связан с некоторыми иностранными банками. Не так давно мне удалось подслушать, как он говорил с кем-то по телефону, но я не знаю, что это за банки и сколько денег он держит в них. Он обещал мне, что если с ним что-то случится, его душеприказчик все устроит. Я едва ли могу нажимать на него в этом плане.

— А кто этот душеприказчик?

— Один адвокат из Неаполя.

— Ты знаешь его имя?

— Да.

— Приятно слышать.

— О, не волнуйся, деньги я получу — их больше некому оставить. Жизнь Гарри настолько лишена друзей и родственников, словно он только что прибыл с другой планеты.

— Как странно.

— Просто уж такой он человек. Он доверяет мне и больше никому.

— Он доверяет тебе, но ты ничего не знаешь о его финансовых делах.

Она повернулась к нему.

— Не становись язвительным, котик. — Она взяла в руку его яички. — Я их оторву.

— Обожаю, когда ты говоришь непристойности, — сказал он.

Она чуть сменила хватку, взяла его за член и начала медленно двигать рукой.

— Тебе нравится, когда я так делаю, правда?

Он вздохнул, затем задышал ровнее.