«О, таких скороговорок я и сама могу предложить кучу», — почему-то подумала Риган.

 Следующим выступал Чарли Дунсдей. В руках у него была губная гармоника.

 — Еще до того времени, когда тут появилась куча шатающихся туда-сюда людей, Долли обычно любила сидеть у входа в наш дом на раздвижном стуле, и я играл ей на своей гармонике. Долли, я надеюсь, ты услышишь то, что я тебе сейчас сыграю. — С этими словами он поднес свой инструмент к губам и заиграл известную мелодию: «У нас дома».

 «Да, — согласилась Риган, — тот океан человеческих существ, что плещется по тротуарам Саут-Бич, конечно же, не оставляет много места для оленей, антилоп и прочих героев этой знаменитой песни».

 Остаток часовой поминальной церемонии был столь же плотно заполнен личными воспоминаниями собравшихся, несколькими песнями и полным слез душераздирающим исполнением прощальной песни «До свиданья, Долли».

 Когда церемония подходила к концу, Риган незаметно взглянула на часы. Было уже десять минут шестого.

 — Ричи, я пойду к себе. Мне надо переодеться для сегодняшнего мероприятия. Я заеду за тобой в половине седьмого. Ты ведь никуда отсюда не собираешься уходить?

 — Да нет, конечно, Риган. Я буду ждать тебя здесь.

 «Очень надеюсь на это», — подумала Риган и торопливо вышла.

 

* * *

 Риган вышла на улицу под остывающие лучи заходящего солнца и посмотрела через дорогу на океан, медленно кативший свои волны. В это время суток пляж выглядел весьма спокойно, мирно. Лучи заходящего солнца отражались от воды и уже не представляли особого интереса для загорающих, большинство которых давно отправились домой.

 Риган вдохнула соленый воздух, повернулась и пошла вдоль тротуара, по привычке заглядывая в попадавшиеся по пути кафе и ресторанчики. «Конечно, — думала она, — на пляже людей уже совсем мало, зато в эти часы их становится все больше и больше в таких вот заведениях. Люди готовятся к очередному веселому времяпрепровождению».

 Она дошла до поворота и стала ждать, когда в потоке автомобилей появится брешь, достаточная для того, чтобы успеть перейти улицу. После вчерашнего случая она явно не собиралась рисковать. Едва ступив на проезжую часть, она краем глаза заметила приближающийся автомобиль. Риган резко отпрянула и тут же сшибла с ног оказавшегося сзади человека, который вместе с ней рухнул на асфальт.

 Падая, Риган больно ударилась локтем о тротуар. Мужчина, которого она сшибла, тоже здорово расцарапал руку.

 Она услышала, как он выругался себе под нос.

 — Нельзя ли поосторожней, леди? — проворчал он и стал подниматься.

 Риган и сама не на шутку разозлилась, тем более что ей действительно было очень больно.

 — Это и к вам относится! — выкрикнув это, она тоже поднялась. — Нечего было торчать прямо за моей спиной.

 Он ничего не ответил, ибо был уже в нескольких метрах от нее, ловко катя на своих роликах. Она лишь успела заметить, что он в темных очках и широкополой соломенной шляпе.

 «Придурок», — подумала Риган. Ей было больно. Резкое движение заставило болезненно напрячься все мускулы. А этот парень оказался здоровяком. Столкнуться с ним — все равно, что с кирпичной стенкой.