Маркус пожал плечами:

— У нас проблемы со Светящимися, так что у вас скоро тоже будут с ними проблемы.

— Ага, но нас немного, мы мобильны, и мы можем даже скрыться на материке, если понадобится, а вот вы сами загнали себя в угол, когда окопались на этом жалком островке. Покончить с вами для них — сущие пустяки.

Маркус никак не отреагировал на этот выпад. Это было не в его привычках. Он просто неторопливо кивнул, словно брал на заметку полезные сведения:

— Значит, вы понимаете, что ваши суда топим не мы, а Светящиеся?

— Мы тоже ловим рыбу, так что напоролись пару раз на этих тварей.

— Стебли?

— Штуки, которые протыкают дно корабля снизу. Я слышал, весь материк ими кишмя кишит.

— Ясно, — негромко произнес Маркус. — Итак, вы считаете, что сами можете с ними разобраться.

— Мы можем от них скрыться. Вот зачем мы плывем на Вектес; говорю на всякий случай, если вы подумали, что мы затеваем атаку на вас. Мы хотим забрать оттуда своих людей, пока еще есть время.

— Эта дрянь распространяется по планете, и скоро у вас кончатся места, где можно будет спрятаться, — возразил Маркус.

Дом не знал: известно ли Маркусу нечто такое, что неизвестно ему, или он блефует? Но он взял себя в руки и замер рядом, словно тупой подручный, стараясь не показывать своего удивления. Олливар несколько мгновений рассматривал Маркуса, но проиграл эту игру, моргнув первым.

— Откуда ты знаешь? — спросил он.

Маркус ответил совершенно спокойно:

— Мы наблюдаем за стеблями, которые уничтожили нашу платформу. Но если вы считаете, что вам не нужна помощь, отлично — я буду только рад, что мы избавимся от подонков, мешающих нам справиться с серьезными врагами. — Он нажал на кнопку на наушнике. — «КВ Восемь-Ноль», это Феникс. Забирайте нас, у нас здесь все.

Олливар молча скрестил руки на груди. Но что-то в выражении его лица подсказало Дому, что он отнюдь не так легкомысленно относился к Светящимся, как хотел показать. Маркус стоял опустив руки, сжатые в кулаки. Дом понимал — это оттого, что он не знал, куда девать руки в отсутствие «Лансера», но Олливар вполне мог решить, что это воинственный жест. Маркуса нелегко было разгадать.

— Предупредите нас, когда соберетесь высаживаться на берег, — сказал Маркус, — для того чтобы наш флот знал о вашем появлении. Вы же знаете, какие они нервные.

— Только не говори, что вы не хотите разбомбить наших людей к чертовой матери за то, что они воюют с вашими солдатами.

— Я бы с радостью, — возразил Маркус. — Но у меня сейчас проблемы посерьезнее. Да и в любом случае всем вам скоро конец.

Геттнер зависла у них над головой, создавая могучий ветер. Барбер спустил канат с ремнями.

— Как неудачно получилось с этой буровой, — заметил Олливар. — Если бы у вас было побольше мозгов, вы бы разогнали ваш так называемый военный флот и убрались с Вектеса к чертовой матери.

Дом думал о разговоре с пиратом всю дорогу до военно-морской базы, скрестив руки на груди и закрыв глаза, чтобы никто не вздумал приставать к нему с болтовней. Он не знал, сможет ли выдержать еще одну эвакуацию. С него хватило бегства из Хасинто в Порт-Феррелл, а потом на Вектес. Настал момент, когда легче было стоять насмерть и защищать свою землю, чем блуждать по планете, обезумев от страха и ежеминутно ожидая нападения. Он слушал, как Маркус разговаривает с Хоффманом по рации, и у него создалось впечатление, что полковник тоже не думает о бегстве и решил окопаться на острове.

А что ему еще оставалось делать, когда от него зависел целый город?

— Отлично, Хоффман рад, что они уходят, — сообщил Маркус, вытаскивая наушник и почесывая ухо.