Дом чувствовал себя странно, присутствуя на подобном совещании без Прескотта или Ани. Но их не было по уважительным причинам, и настроение в Центре изменилось: это было солдатское совещание, без всякой политики, стратегических перспектив и прочей ерунды. Речь шла о том, как продержаться еще двадцать шесть часов.

За столом сидели Миран Треску и Лайл Олливар. Маркус время от времени медленно поворачивал к ним голову, словно ожидал от них самого худшего. Возможно, это было совсем не так — он просто слушал с таким видом. Однако интересно было наблюдать за эффектом, который производил на Олливара этот жест Маркуса. Бродяга начинал нервничать.

— А как мы снова сгоним всех полипов в одну точку? — спросил Маркус. — Несколько десятков мы испекли. А остальные в конце концов сообразили, что к чему. Потом этот лазер на «Молоте». Помните, что произошло, когда мы угодили лазером в брумака?

Тогда источенная червями каменная плита, лежавшая в основании Хасинто, обрушилась. Комбинированное действие «Молота» и Светящегося уничтожило огромный город. Дом принялся размышлять, что будет, если к брумаку добавить еще штук пятьсот полипов, и каков будет радиус поражения. Но затем бросил подсчеты, решив оставить это дело Бэрду.

— Да, однако у них имеется одна-единственная цель, — заметил Бэрд. — Они ищут живую добычу. Им не нужны корабли, это вам не какие-нибудь чертовы пираты. Они охотятся на нас. Орбитальный лазер находится за пределами их понимания.

Дом испугался, что Олливар даст сейчас Бэрду в глаз за замечание насчет пиратов, но тот пропустил эти слова мимо ушей и продолжал сидеть с равнодушным видом.

— Так как насчет вопроса Маркуса? — спросил Дом. — Мы затопили Хасинто, угодив лазером в здоровенного Светящегося. Можем получить тот же результат и здесь — и вся база уйдет на дно.

— Разумное возражение, — сказал Хоффман. — Черт!

Бэрд царапал на клочке бумаги какие-то цифры:

— А может, и нет. Нам совершенно не обязательно рисковать базой — можно потопить его прямо в море. Тогда и без нашествия полипов удастся обойтись. Остается только вопрос: как выманить его на поверхность и в то место, куда нам нужно, и удерживать его там, чтобы пригвоздить лазером?

Маркус совершенно спокойно произнес:

— Это я возьму на себя.

Дому было абсолютно все равно, кто послужит приманкой для светляков, лишь бы это был не Маркус. Черт, лучше он сделает это сам. Почему всякий раз обязательно Маркус? Иногда Дому казалось, что друг его сознательно ищет смерти или, по крайней мере, ему наплевать на свою жизнь. Но сейчас он решил, что, наверное, это попытка загладить зло, причиненное изобретением его отца.

«Нет. Он всегда был таким. Еще с детства. Всегда первый вступался, чтобы защитить слабого. Всегда первым наносил удар, который нужно было нанести».

Хоффман поднял голову и обернулся к Матьесону:

— Лейтенант, свяжите меня с капитаном Майклсоном. Хочу знать, чем там занимаются эти подлодки.

— Мы будем голосовать или нет? — спросил Олливар. — Потому что нам на самом деле совершенно плевать, останется ли ваша база и все вы целы, если в итоге удастся поджарить этих тварей. К Горасной это, разумеется, тоже относится. Можете подыхать на здоровье.

— Спасибо за заботу, — отозвался Треску.

Хоффман потер лоб, на миг прикрыл глаза:

— Никакого голосования. Решение принимаю я.