Ни одна армия никогда не сумела взять штурмом крепость Анвегад. И более века никто не предпринимал попыток пройти с боями через перевал с юга. Всякий раз противник был вынужден идти по другому, более длинному и тяжелому маршруту.

СНР придется столкнуться с непреодолимой преградой — если сначала у него не кончится топливо.

— Итак, готовьтесь выступать в шестнадцать ноль-ноль, — объявил он. — До Бордена ехать два часа, и они нас не ждут.

— Пусть лейтенант Штрауд улыбнется им своей фирменной улыбкой, а потом схватит их за яйца, — предложил Кармело. — Обычно это работает.

И снова все расхохотались. Они пока еще не испытывали разочарования оттого, что не отправляются на передовую, и излучали те же оптимизм и уверенность в командире, которые всегда были присущи Двадцать шестому КТП, Непобедимым.

Возможно, они просто старались держать марку. Возможно, солдаты знали, что их капитан планирует все операции до мельчайших деталей. А может, это агрессивная Елена Штрауд внушила им такую уверенность в победе — как это умела делать только она.

Адам Феникс пришел к логичному выводу, что все три предположения в какой-то степени верны, и решил не выяснять, какое же настроение преобладает среди солдат.

База Кузнецкие Врата, Анвегад, Кашкур, на следующее утро, 5.30

— Ну что ж, это научит меня держать язык за зубами.

Пад Салтон расхаживал по металлической галерее, ведущей от главного каземата к наблюдательному посту. Он искал позиции для снайперов. В этих местах у него был огромный выбор. Хоффман стоял, прислонившись к перилам; его терзали обычное нетерпение и стремление поскорее устремиться в бой и покончить с противником и одновременно недоумение по поводу того, что же именно пошло не так.

— Что-то вы пессимистичны, Пад, — сказал Хоффман. — Даже если предположить, что они подберутся достаточно близко, чтобы вы смогли кого-нибудь подстрелить.

— Ваш пессимизм — это мой оптимизм, сэр.

— Вы знаете, какова дальность стрельбы этих орудий? Пятнадцать километров. Для того чтобы увидеть хоть одного инди, вам придется ехать на автобусе.

— Ага. — Пад уперся локтем в кирпичную стену и взглянул в прицел «Лонгшота». — Но всегда найдется какой-нибудь ублюдок, который перейдет линию фронта. Именно поэтому я вам и нужен.

Со времен кавалерии никто не пытался взять Анвегад. Либо инди совсем свихнулись, либо это был обманный маневр, либо им не терпелось захватить Васгар, пока власть в стране никому не принадлежала. Хоффман вспомнил из инструктажа, что на юге страны расположено много промышленных объектов, а также месторождений железных руд, которые, возможно, стоят потерянного инди времени, даже если те и не захватят Кашкур.

Хоффман наблюдал за деятельностью, происходившей под галереей. Сандер решил запастись продовольствием и боеприпасами на случай, если кампания затянется. Солдаты уже ворчали насчет того, что застряли здесь дольше чем положено, а артиллеристы перевозили стопятидесятимиллиметровые снаряды на ручных тележках по узким переулкам и переходам к импровизированным складам. Только что начало светать, и внизу мерцали уличные фонари и окна домов города-форта.

— Он что, готовится к осаде или что? — спросил Пад.

— Лучше служить с командиром-перестраховщиком, чем с таким, который думает, что все закончится к обеду.

— Знаете, сэр, вы все еще разговариваете как сержант. — Пад снова приник к своему прицелу, на этот раз направив винтовку на север, в сторону узкой дороги, зажатой между двумя отвесными склонами. Для снайпера это была идеальная зона обстрела. — В хорошем смысле. О, смотрите, еще грузовики.