— Да, я наслышан о том, что какая-то шайка ограбила нескольких коллекционеров и хочет продать товар на аукционе. Среди украденного — орден моего предка.

— А вы в курсе, что все лоты аукциона — из награбленных коллекций? Работала крупная организация, мафия по-вашему.

— Вы думаете, никто из покупателей этого не понимает? Иначе аукцион был бы открытым, а не законспирирован так, что покупатели теряются и не могут понять, где и как он будет проходить.

— Мы этого тоже не знаем. Но должны узнать и попасть на аукцион. Орден, за которым вы приехали, в наших руках. Мы готовы вам его продать за умеренную цену, но при одном условии: нам нужно попасть на этот аукцион во что бы то ни стало. В наших руках три коллекции, насчитывающие сорок два ордена. Мы хотим их выгодно

продать. Аукцион — лучший для этого способ. Но мафия нас к нему не допустит, а вы сможете нас туда провести. На этих условиях мы готовы отдать вам ваш раритет за полмиллиона.

— Как вы себе это представляете?

— Очень просто. Мой партнер показывает вам и вашему эксперту орден Платона Зубова. Вы убеждаетесь, что именно за этой побрякушкой сюда приехали. Аукцион вам не нужен. Вы проведете моего партнера туда вместо Жерара. У вас пропуск на двоих, а Жерару там делать нечего. Познакомите моего коллегу с нужными людьми, а дальше его дело, как он сумеет договориться. Вот и вся хитрость. Вы получаете свой орден, а мы покупателей на остальной товар. Согласитесь, что сделка выгодная.

— Конечно. Тут я с вами не спорю. Только на аукцион должен идти не я с вашим партнером, а Жерар. Он знает всех русских коллекционеров и зарубежных тоже. Я человек далекий от этого. Меня интересуют ордена, реликвии, принадлежащие Платону Зубову.

— Вот видите, как легко могут договариваться умные люди. И не мешайте Жерару ухаживать за мной. У нас взаимная симпатия.

— Плевать мне на Жерара. Я имею дело с шайкой грабителей. А потому мне нужны гарантии.

— Вы их получите. И с вас никто не требует денег, пока вы не получите орден. Если говорить о ворах, то мы — самые честные воры. Но начинать надо с места, где состоится аукцион. Этого ни вы, ни я не знаем. В один день и час от разных отелей отойдет несколько десятков автобусов, за всеми не уследишь. Они разъедутся в разные концы и начнут раскатывать по России, пока не будут уверены, что их не преследует милиция.

Настя достала сотовый телефон и положила на ночной столик.

— В памяти только два номера. Будете звонить из каждой точки, где будут длительные стоянки. Я поеду следом, но на очень небольшом расстоянии. Так, чтобы при необходимости оказаться возле вас через час или чуть раньше. Помните, наверняка у всех пассажиров автобуса конфискуют аппараты. Можете отдать свой, а этот спрячьте так, чтобы его не нашли. В пакетике две запасных батареи. Подзаряжать аппарат не всегда получится. Лучше подстрахуйтесь.

— Предусмотрительно. С вами опасно иметь дело.

— Врагам, но не тем, кто нам выгоден. А наша взаимовыгода очевидна. Мы заботимся о вас, вы о нас, и все остаются в выигрыше. Иначе зачем бы вам ехать в такую даль? Россия для вас чужая страна, и вы прекрасно без нее обходились всю жизнь. Удачи!

Настя погасила свет и исчезла.

12

Можно сказать, Москва опустела. Все известные Журавлеву коллекционеры уехали в Тулу на выставку. Все подозреваемые так же отсутствовали в городе. Игорь Симагин, Виталий Крайнов, Юрий Заболотный. Сменив фамилии, место рождения, род занятий они и предположить не могли, что их истинное лицо раскрыто, прошлое установлено, а за их домами, дачами, офисами ведется наблюдение. Будь они в Москве, тень хотя бы одного их них промелькнула на горизонте.