— Как вырвать жало у Хаттима, — глубокомысленно добавил Ярл.

— Он одобрит любого, кого мы предложим? — спросил Бедир.

Король кивнул.

— Я подумал о двоюродном брате Хаттима, Чэйдине Химете.

— Почему бы и нет? А если не Чэйдин, то Хайял Форуин.

— Слишком ненадежен, — возразил Ярл. — И вечно в долгах. Он должен половине галичских купцов.

— Вот не знал.

— Можно предложить Нарила Домма… — вспомнил Ярл.

Арлинне засмеялась.

— Тогда лучше его жену. Он у нее под каблуком. Правда, она любовница Хаттима… — она запоздало покосилась на короля, — ну… или бывшая любовница… одна из любовниц.

Ярл недоуменно поднял густые брови.

— Ты мне этого не рассказывала.

— Ну что поделать, — невинно отозвалась Арлинне.

— Значит, ни Домм, ни Форуин не годятся, — заключил Дарр. — Кто еще?

— Леруин Чанит, — предложил Бедир. — Воины его уважают, и не зря.

— Но у него нет детей. И, судя по всему, не будет. Если он умрет, дорога ставленнику Хаттима свободна. Самое разумное, как мне кажется — это заложить династию. У нового правителя должны быть бесспорные наследники. Его репутация должна быть безупречной — насколько это возможно. И, разумеется, это человек, которому мы доверяем.

— …насколько можно доверять галичанину, — фыркнул Ярл.

— Я снова предлагаю Чэйдина Химета, — сказал Дарр. — Правда, он родственник Хаттима, но это родство больше по браку, чем по крови. Кроме того, он молод, но уже отец троих детей.

— Согласен, — кивнул Ярл. — Если из спален Тессорила не поступило иных сведений.

— Чэйдин — сама неподкупность, — сказала Арлинне. — Но вообще-то, он довольно скучный.

— Может, оно и к лучшему, — улыбнулся Ярл. — Что скажешь, Бедир?

— Он хорошо сражался у Лозин, — ответил правитель Тамура. — И я о нем слова дурного не слышал. Достаточно богат, чтобы его не пытались подкупить. А если и попытаются, он устоит перед соблазном. У него есть наследники… Думаю, козни Хаттима ему не страшны.

— Значит, мы договорились? — спросил Дарр. — Ирла, ты ничего не сказала.

Жена ответила рассеянной улыбкой. Казалось, ее мысли были далеко.

— Пусть будет Чэйдин, — проговорила она. — Я сталкивалась с ним пару раз… у него редкое здравомыслие.

— Значит, Чэйдин, — заключил Дарр. — И скажем Хаттиму, что выбрали его единогласно.

— Остается еще один вопрос, — проговорил Бедир, вспомнив военные лагеря на западном берегу Идре, — галичское войско.

— Он об этом говорил. Приходил ко мне с извинениями и предлагал уплатить налог…

Бедир только развел руками. Такой вежливости со стороны правителя Усть-Галича он не ожидал.

— Его люди покупают себе еду, платят десятину за землю, которую занимают… Все по закону. Хаттим объяснил, что его воины хотят увидеть свадебные торжества. После свадьбы они отправятся в путешествие, и он хочет обеспечить Эшривели подобающий эскорт. Говорил что-то про триумфальный вход в Усть-Галич… Мне не в чем его обвинить.

— А он находчив, — заметил Бедир.

— Похоже, тебе это не по душе, — отозвался правитель Кеша. — Да, Хаттим изменился… слишком сильно изменился.