— Нет! — Бедир тряхнул головой. — Мы должны быть твердо уверены. Ирла, ты говорила о том, что плетется какой-то узор, сеть, которую ты чувствовала… так?

— Это не…

Она была готова сказать «не естественная смерть», но колебалась. Хаттим вскружил голову Эшривели и стал наследником престола. Чэйдин Химет умер на удивление вовремя, и теперь Хаттим будет сам командовать войском. И вот умирает король, и Хаттим может по праву занять Высокий Престол. Узор… или, скорее, паутина…

— Что скажете, Бетани? — спросил Бедир.

— Возможно, — тихо промолвила седая Сестра, — но я вижу здесь другое. Это дело рук Эшера… вернее, его Посланца.

— Если Вы не ошиблись… — Бедир не отрываясь глядел на жену, чувствуя, как горло сжимается от ужаса. — Значит, Посланец — в Белом Дворце… и Хаттим Сетийян предался Эшеру.

Ирла кивнула и беззвучно заплакала. В спальне стало тихо.

— Не верю, что Дарр умер своей смертью, — нарушила молчание Бетани. — Я чувствую, здесь замешана магия… но это может быть и яд.

— Яд или колдовство, — хрипло бросил Ярл, — какая разница? Если это дело рук Посланца — мы должны схватить эту лживую тварь и убить.

— Но только Кедрин может уничтожить Посланца, — тихо напомнила Ирла, — а Кедрина здесь нет.

Из-за двери послышался шум и нетерпеливые возгласы.

— Если эти подозрения верны, — торопливо проговорил Бедир, — мы имеем дело с очень опасным противником. Поэтому пока ни слова — ни Хаттиму, ни кому-нибудь другому. Мы должны собраться еще раз, как только сможем, и решить, как с этим бороться. Понимаешь, Коррадон?.. Ярл, ты согласен?

Капитан кивнул. Правитель Кеша хмыкнул, покачал головой и ожесточенно бросил:

— Очень хорошо, нечего сказать…

В дверях появились Хаттим и Эшривель, растрепанные и явно перепуганные. Увидев отца, принцесса зарыдала и бросилась на постель. Ирла и Бетани подошли и стали утешать ее. Хаттим застыл рядом и только смотрел то на мертвого короля, то на правителей.

— Что здесь происходит? — выдавил он наконец.

Ярл издал что-то вроде рычания.

— Государь мертв, Хаттим, — спокойно сказал Бедир, бросив предостерегающий взгляд на кешита.

— Как?

Бедир вглядывался в лицо галичанина, пытаясь понять его истинные чувства. Расширившиеся глаза, приоткрытый рот… Действительно ли он настолько потрясен — или уже вошел в роль?

— Мы еще не можем сказать, — ответил он.

— Сестра Бетани! — Бедир все еще пытался уловить в его голосе фальшь. — Что вы скажете?

— Разрыв сердца, — ответила Бетани, опустив руку на плечо Эшривели. — Возможно, колдовство.

— Колдовство?! — недоверчиво переспросил Хаттим. — Какое колдовство? О чем Вы говорите?

— Я пока не уверена. Мне потребуется время. Нужно применить «пробный камень», тогда я смогу сказать точно.

Бедир сердито взглянул на Сестру. И надо же было ей проговориться!

— «Пробный камень»? Вы подвергнете тело Государя такому недостойному испытанию?

— Государь мертв, и мы должны узнать, почему, — голос Ярла был холоден, как сталь, глаза блеснули. — А ты бы предпочел не выяснять, Сетийян?

Хаттим повернулся к темноволосому кешиту. В глазах галичанина мелькнуло презрение — и Бедир увидел прежнего надменного Хаттима.