Они стали было подниматься по винтовой лестнице в спальни. Но Эйкен вдруг тряхнул головой и повернул назад, к тяжелой бронзовой двери в темном углу холла. Силой своего психокинеза отворил ее. За ней крутая каменная лестница уходила вниз, во мрак.

– У меня тут небольшое дельце, любовь моя. Хочешь – пойдем со мной, хочешь – подожди.

– Я пойду с тобой.

Ступив во тьму, он выпустил над головой светящийся шарик. Дверь сама заперлась за ними.

– Ты явно не в настроении, – заметила Мерси. – Даже потоп на тебя так не повлиял.

Голос Эйкена звучал замогильно в этом каменном мешке.

– Я смертельно устал… да и надоело лебезить перед скотами тану. Естественно, мы не все время летели, но на подступах к очередному городу я для пущего эффекта поднимал в воздух всех рыцарей, а гвардейцы оставались за воротами. Но попробуй удержи в воздухе четыреста душ с иноходцами! Меня на полчаса хватает – не больше, да и то после этого весь день чувствую себя как выжатый лимон. Так что сама суди: три недели скитаний, да плюс чистка в Геронии, да плюс у Барделаска наскочили на патруль фирвулагов – по-твоему, не довольно, чтоб доконать человека?

– Мой бедный Сиятельный!

Эйкен быстро глянул на нее через плечо.

– А ты, вижу, в порядке… Ну и как оно там?

Оно! Да он, кажется, ревнует.

– Аграйнель – само совершенство. И прекрасно адаптировалась к торквесу.

Эйкен что-то пробурчал в ответ.

– Леди Морна-Ия пророчит ей красоту и счастье. («А больше тебе ничего знать не следует!»)

– Ну а ты? Отошла уже после родов?

– Я – Главный Творец! – с гордостью отозвалась она. («И мои творческие силы все прибывают, тогда как твои…»)

– Тоже делают, что могут, в создавшейся ситуации. – Он одарил ее насмешливой улыбкой. – К празднику я буду в форме. Никому из наших именитых гостей и в голову не придет, сколько сил отняло у меня это путешествие. Даже из приближенных никто не знает, кроме Кулла. Он-то и помог мне сделать хорошую мину при плохой игре.

– Да, он классный корректор… Кроме всего прочего. – Она посмотрела на него с укором. – Твой дружок Раймо Хаккинен уже почти пришел в себя после просвечивания. Только, боюсь, он тебе этого не простит.

– Ничего не поделаешь! – отрезал Эйкен. – Я должен был узнать все про Фелицию и Село… Все со всеми подробностями, что были запрятаны в его подсознании.

– Но ведь он твой друг. Ты бы и так, без ненужного зверства мог заполучить свои разведывательные данные.

– Они были необходимы срочно. – Он остановился на ступеньке и круто повернулся к ней. Усталые морщины возле рта совсем его не украшали. – Копье у Фелиции. После празднеств надо заняться ею вплотную. Черт подери, Мерси, думаешь, мне очень хотелось отдавать беднягу на растерзание Куллу? Но это было необходимо. Королям приходится делать многое, чего…

– Чего надо стыдиться, – подсказала она.

– Я не стыжусь. Моему приятелю все будет возмещено. Это благодаря ему мы узнали о том, что замышляет Село. Он послал SOS Властелину Ремесел. Старый крючкотвор сделал его доверенным лицом, пока не решил, что дровосек уже выпирает из своих штанов.

– А если Раймо станет злоупотреблять дружбой с тобой?

– Нет, черт возьми! – Эйкен снова устремился вниз по лестнице, и Мерси пришлось ускорить шаг, чтобы не отстать от него.