Напарник тихо пихнул в бок локтем:

– Узнаешь, что за корабль?

Я прильнул к щели, всмотрелся. И почувствовал, как губы сами собой расползаются в улыбке.

– «Аглая». Точно она. Под стирлингом и парусами идет.

– Отлично. Давай тогда в шлюпку и ей на встречу.

– Ракету давать будем?

– Нету ракеты. Да и никто чужой к ним не погребет, таких дурных еще поискать надо.

Это точно. Одну из этих бухточек как раз намечали для возможной эвакуации в случае проблем. Просто я лично тут ножками не ходил. Но сейчас для нас куда важнее убраться живыми и здоровыми.

Спустились по обрывистой тропе вниз. Брат Никанор подцепил колючий кустарник у корней, потянул его в сторону. За нехитрой маскировкой прятался узкий грот. Не знаешь – и не найдешь сразу. Из темной дыры торчал нос шлюпки, которую мы вытянули и поволокли к воде.

Столкнули на воду, разобрали весла. Я начал по команде грести, стараясь изо всех сил:

– И – раз, и – два!

Мимо тянулся каменный откос, нас потихоньку тащило прочь от берега обратным течением, покачивая на водоворотах. Потом нос задрался, подналегли и буквально выскочили из бухточки, прорвавшись сквозь хлопья пены. Есть, теперь не расслабляться! Мы уже почти на месте.

«Аглая» подошла как можно ближе. Благо, глубины позволяли. Когда мы притерлись к борту, сверху сбросили канат. Я жестом отправил первым брата Никанора, сам набросил лямки многострадального рюкзака. Подотчетное имущество, выбрасывать жалко. Дождался, когда конец сбросят мне, вцепился покрепче. Заскрипели блоки, меня выдернуло со шлюпки, словно морковку с грядки. Хоп – и я уже над палубой воспарил, еще секунда – и приземлился на влажные доски.

Хмурый Петр Байкин похлопал по плечу:

– Живы? Целы?

– Все нормально, даже вымокнуть толком не успели. А что случилось?

– Нагоняют нас. И не уверен, что сможем убежать, они мористее взяли.

Я быстро прошел на бак, всмотрелся в чужие паруса. Да, далеко, толком чужака не распознать. Но идет наперерез. И пока нас на борт принимали, изрядный кусок расстояния уже покрыл.

Что у нас в плюсе? Мы тоже паруса ставим и скорость набираем. А еще вечер близко, уже темнеть начинает. А во о он там вроде как уже и туман. Нырнуть бы, да ищи потом. Вот только до тумана добираться – надо от берега уходить, а не вдоль красться.

– Мне одному кажется, что нас пытаются на других пиратов загнать? Если продолжим мимо Базарного плыть, как раз напоремся, – спросил Петра.

– Возьмем правее, попадем под обстрел.

– Попадем. Только у нас тоже пушки есть. А еще на таких дистанциях надо суметь подловить момент. Поэтому – давай в самом деле вот туда на всех парах. А я делом займусь.

На нос поспешил. На корме братья Рыбины за канониров. Я же на главном калибре. И мы теперь с двух орудий сможем по противнику работать. Главное, под шальной снаряд не попасть. Сам же постараюсь хотя бы разок попотчевать. А то вздумали – за приватиром гоняться.

Перестрелка получилась скомканной. Чужая шхуна так и шла наперерез, начав обстрел с запредельной дистанции. Мы молчали, пока третий взрыв не щелкнул осколками по бортам. С кормового «гочкиса» Рыбины дали пристрелочный дымовой, я же на слабой трубке выстрелил уже осколочным. Мне чуть проще, у меня хоть какая то оптика, да еще Игнатия тренировал с биноклем дистанции считывать. Плюс минус лапоть, но хоть что то.

Так в две пушки против одной и перестреливались. Пираты упорно не отставали, хотя мы уже почти успели добраться до полосы тумана. А потом мне повезло и очередной снаряд взорвался среди чужих парусов.