— Земля, Лейла, подо мной не дрогнула. Если это твоя большая новость, то успокойся. Мы найдем на твое место другого. Мне интереснее, почему ты решила уйти?

— Потому что я беременна, Данте. — Она разглядывала свои пальцы, тесно переплетенные на коленях.

Слава богу, наконец-то! А то он уже начинал бояться, что придется вытягивать из нее каждое слово по слогам.

— Да. Я знаю.

Это потрясло ее. Знает! Лейла отпрянула назад, будто ее ударило током.

— Ты знаешь? — выдохнула она. — Невозможно! Я не говорила ни единой душе, кроме… Ох, неужели мама?

— Лейла, я же не круглый идиот. Я все рассчитал сам с небольшой помощью Меган Норрис.

Она вытаращила на него глаза. Обиженная невинность.

— Почему же ты раньше ничего не говорил?

— Потому что ждал, долго ли ты будешь ходить вокруг да около, когда наконец скажешь.

От шока она страшно побледнела.

— Ты что, предполагаешь, что это не твой ребенок?

— О нет, мой. Тут все в порядке. Я же понимал, что имею дело с девственницей. Но по-моему, ты хочешь, чтобы это был ребенок Энтони Флетчера.

— Какая чушь! — воскликнула она. И добавила: —Между прочим, Энтони больше не заинтересован во мне. Он встретил в Хорватии в Красном Кресте английскую медсестру. Когда сможет, он вернется в Хорватию и найдет ее.

— Боже, — воскликнул Данте, — как чертовски бестактно с его стороны! Когда он особенно нужен тебе, он поправляется и находит другую любовь.

На секунду мелькнула мысль, не слишком ли далеко он зашел. Лицо ее стало пепельным… Он даже испугался, что она опять потеряет сознание.

Но, несмотря на хрупкий вид, в ней было больше выносливости, чем в скаковой лошади. Взяв сумку, она встала из-за стола.

— У меня не осталось никаких сомнений. Я больше не верю, что ты способен хоть что-то чувствовать, кроме собственной гордости и необоснованной ревности. Спасибо за приглашение на обед, но желудок не позволяет мне есть. Не затрудняй себя, не надо отвозить меня домой. Я вызову такси.

— Сядь! — рявкнул Данте. По опыту он знал, что таким тоном можно заставить уступить даже упрямого клиента.

Но Лейла повернулась к нему спиной. И вышла из ресторана.

Почти ослепнув от ярости, он вскочил и помчался за ней. Успев заметить, что она исчезла за дверью недалеко от входа в ресторан, он, с размаху открыв двери, влетел туда вслед за ней.

— Ты не уйдешь от меня! — проревел он. — Нравится это тебе или нет, ты носишь моего ребенка. И я не собираюсь оставаться в стороне.

— Убирайся отсюда, — прошипела она. — Ты в дамской комнате.

Ох, черт! И правда, дамская комната. Но будь он проклят, если это остановит его.

— Плевал я на это!

Лейла со стоном ринулась в одну из кабинок. Он вошел вслед за ней.

Она согнулась над унитазом, все тело ее содрогалось. Данте ловко поддерживал ее за плечи и ждал, когда кончится рвота.

— Пожалуйста, уходи. Я не хочу, чтобы ты видел меня в таком состоянии, — наконец слабым голосом взмолилась она.

— Думаешь, ты первая женщина, которая на моих глазах прощается с ланчем? — Он повел ее к ряду умывальников и набрал воды в бумажный стакан. — Ты помнишь, что у меня пять сестер? И они, когда беременны, исполняют такое же шоу. На, сполосни рот.

— Пожалуйста, отвези меня домой, — попросила Лейла, когда он наконец всунул ее обмякшее тело в машину.

— Нет, — отрезал он. — Во-первых, ты должна поесть.