Она остановилась в дверном проеме, спиной к нему.

– А со мной это уже случилось. – Она отшвырнула ногой ежедневник. – Неужели ты думаешь, у меня тоже не было романов? Именно поэтому я и прощала тебя. – Она резко обернулась и посмотрела ему в глаза. – Например, с Робертом.

– Это неправда.

Уже скрывшись за дверью, она выкрикнула:

– Не веришь, спроси его сам.

Пытаясь представить себе Шарлотту и Роберта, голых, трахающихся, он услышал, как она пробормотала:

– Дерьмо такое.

Потом последовал глухой стук, шум падающих вниз вещей, звон скатившейся бутылки, испуганный вопль и тяжелый удар. И все затихло.

6

Через три секунды он уже был внизу. Она лежала на кафельном полу в странной, скорбной позе. Левая рука с обручальным кольцом почти касалась томика Сенеки, задержавшегося на третьей ступеньке. Другая рука пряталась под скрючившимся телом. Ноги согнуты в коленях, как будто Шарлотта только что сидела на корточках да так и упала. Голова вывернута в сторону, лоб касался пола. Из открытого рта свисала нитка слюны, оборвавшейся, когда Йон попытался придать голове жены более удобное положение.

– Шарлотта! Шарлотта, ты слышишь меня? – Он прижал пальцы к ее шее, но не нащупал пульса. Выпрямившись, он замер, не зная, как следует поступить.

Телефон. Нужно позвонить куда‑нибудь! Врачу Шарлотты звонить сейчас бесполезно, нужно вызвать «неотложку». На базе трубки не оказалось. Йон лихорадочно прикинул, где Шарлотта могла оставить ее вчера вечером, после болтовни с подругой. Скорей всего наверху, в спальне. Чтобы шагнуть на лестницу, пришлось переступить через жену; при этом ее рука с обручальным кольцом соскользнула на вторую ступеньку. Йон нагнулся и дотронулся до Шарлотты.

– Сейчас я вернусь. Вот только вызову врача. – Выпрямляясь, он уловил краем глаза движение за окном, возле входной двери, чью‑то тень. На мгновение он остановился, ничего не понимая. Кто там, неужели врач? Может, он уже вызвал врача и не помнит об этом из‑за шока? Он подбежал к двери и распахнул ее.

– Здрасьте, – буркнул Тимо Фосс и протянул Йону листок бумаги формата А‑4, скорей красный, чем черный. Пресловутая работа по латыни. – Я вот, хочу сдать, – сообщил он. Его уши закрывали наушники си‑ди плеера.

– У тебя мобильный с собой?

– А что?

– Несчастный случай. Набери «сто десять», быстрей. – Йон оставил его и бросился назад, к Шарлотте. Он не понял, шевелилась ли она за это время. – Врач сейчас приедет. Все будет хорошо, – шепнул он. За его спиной раздался легкий шорох кнопок мобильного телефона.

– Что я должен сообщить? – осведомился Тимо.

– Она упала, – ответил Йон. – Вниз с лестницы, ты же сам видишь. Да спроси их, что мне нужно делать в первую очередь, как ей помочь. Нет, дайка я сам поговорю. – Он нетерпеливо протянул руку за трубкой.

Тимо сначала положил свою работу по латыни на столик красного дерева рядом с газетой «Гамбургер Абендблатт», потом протянул Йону мобильный телефон.

В полиции пообещали немедленно прислать врача. До его приезда Йону велели ни в коем случае не шевелить пострадавшую. Если поврежден позвоночник, любое неправильное движение может оказаться роковым.

Тимо сунул мобильник в чехол, не отрывая глаз от Шарлотты.

– Ну… значит… я пошел… – пробормотал он.

Что хуже – остаться наедине с Шарлоттой или находиться в обществе этого паршивца?

– Ты можешь побыть здесь еще немного? – попросил он.