– Я не стану тебя умолять, – мрачно произнес он. – Очень скоро нам с Конрадом придется бежать отсюда, у меня нет времени, чтобы тебя убеждать. Ты должна сама решить, стоит мне доверять или нет.

Энн посмотрела на него, как утопающий смотрит на берег, до которого не добраться вплавь. Она твердила себе, что нельзя его любить, это просто невозможно, для этого есть тысячи причин. Но через несколько минут Фрэнсис уйдет из ее жизни навсегда, если она его не остановит…

Внезапно Энн поняла, что может дать только один ответ. Не имеет значения, лжет он или говорит правду. Ее больше не волновала ни собственная уязвленная гордость, ни многочисленные веские причины, которые она сама себе приводила, чтобы его избегать. Со сдавленным криком Энн бросилась в его раскрытые объятия. Фрэнсис подхватил ее и крепко прижал к себе, осыпая поцелуями ее лицо и волосы.

– Я все еще жду твоего ответа, любимая.

– Какого ответа?

Он засмеялся.

– Я просил тебя стать моей женой. Ты уже забыла?

Энн глубоко вздохнула и, закрыв глаза, спрятала лицо у него на груди.

– Ты же знал ответ заранее…

– Но я хотел бы услышать его от тебя, милая.

Энн заглянула ему в лицо, и ее поразило, с какой нежностью он смотрит на нее.

– Я люблю тебя, Фрэнсис Маклин! – прошептала она. – И я выйду за тебя замуж, хотя бы весь мир был против нас.

Она ждала чего угодно, только не веселого смеха, и очень удивилась, когда он внезапно расхохотался.

– Ну, в таком случае нам ничего другого не остается, как попросить разрешения у твоего любящего папаши.

– Фрэнсис, это не предмет для шуток!

– Я и не думал шутить, такова традиция, – возразил Фрэнсис с самым невинным видом. – Представляешь, как я опускаюсь на одно колено перед лордом Робертом, чтобы просить у него твоей руки?

Энн не выдержала и тоже рассмеялась, представив себе такую картину, но быстро взяла себя в руки и заговорила серьезно:

– Нет, кроме шуток, Фрэнсис, что мы будем делать?

– Я собираюсь увезти тебя отсюда, – просто ответил Маклин. – Но мне придется попросить тебя подождать еще месяц: мы должны подготовиться к осаде. – Он пристально заглянул ей в лицо. – Тебе здесь нелегко приходится, милая? Гленкеннон тебе угрожал? Только скажи – я постараюсь так устроить, чтобы увезти тебя с собой, когда нам с Конрадом придется удирать.

Энн с трудом заставила себя подавить мгновенно возникшее желание умолять его не покидать ее.

– Не волнуйся, я здесь в безопасности. Из всех обитателей Рэнли ты единственный, кто мне угрожал, – с усмешкой ответила Энн.

Фрэнсис засмеялся и привлек ее к себе, чтобы поцеловать еще раз.

– Теперь мне надо идти, – сказал он, неохотно оторвавшись от нее. – Я задержался куда дольше, чем думал. Конрад небось уже решил, что мне всадили нож в спину. – Уже повернувшись к дверям, он бросил выразительный взгляд на постель. – Я испытываю сильнейшее желание придушить твою горничную, милая. Я так надеялся, что она останется в деревне!

Фрэнсис приоткрыл дверь и выглянул в темный коридор.

– Не забудь, любовь моя, – прошептал он, оборачиваясь, – завтра тебе опять придется всячески демонстрировать, что ты меня терпеть не можешь.

Энн послала ему воздушный поцелуй.

– Я буду настоящей мегерой! – улыбнулась она и серьезно добавила: – Будь осторожен, Фрэнсис.

Он подмигнул и скрылся за дверью. Опустевшая комната сразу показалась ей заброшенной и холодной. Энн прислонилась к столбику кровати и прошептала в темноту:

– Будь осторожен, любимый мой.