Дуглас присел на корточки у костра и тщательно перемешал горящие поленья. Языки пламени жадно лизнули древесину, распространяя вокруг волны тепла.

– С вами дурно обращались? – спросил он, бросив на Энн еще один проницательный взгляд. – Не стесняйтесь, можете мне рассказать. Одного вашего слова будет довольно, чтобы Маклины поплатились за это, все до одного. У сэра Фрэнсиса Маклина скверная репутация, а Яков Стюарт устал от дерзких вассалов, только и умеющих, что бунтовать. Ему предстоит объединить два враждующих королевства, но прежде всего он хочет установить мир и спокойствие в Шотландии… ценой жизни нескольких смутьянов, если потребуется.

Энн молча смотрела в огонь, вспоминая жестокие слова, разрушившие ее жизнь несколько часов назад. Фрэнсис Маклин бросил ее, как игрушку, которая ему наскучила. Мысль о мести показалась ей заманчивой. Она бы на все пошла, лишь бы увидеть его поверженным!

– В этом нет нужды, – услыхала она словно со стороны собственные слова. – Я не пострадала от рук Маклинов. Все домашние обращались со мной по-доброму, я была почетной гостьей в доме, а не пленницей. Леди Дженет Камерон заботилась обо мне, как о родной дочери.

– Леди Дженет? Жена Джеймса Камерона? Она была в Кеймри?

– Неужели вы не знали, что Дженет – родная сестра… сэра Фрэнсиса Маклина? – Энн слегка запнулась, произнося это имя.

– Я только что прибыл из Англии, миледи, мне мало что известно о здешних родственных связях. – Он задумчиво прищурился. – Стало быть, Маклины и Камероны в родстве между собой… Ну что ж, если у вас нет желания жаловаться, не буду вам больше мешать и удалюсь. Надеюсь, что ваш брат лучше сумеет вас утешить, чем я.

Отвесив легкий поклон, Дуглас повернулся и скрылся в ночной темноте.

Большая желтая луна поднималась над равниной, заливая ярким светом фигуры солдат, которые устраивались на ночлег. Окидывая тоскливым взглядом эту сцену, Энн невольно вспомнила прошедший вечер, а вслед за воспоминаниями пришла их неизменная спутница – мучительная боль.

Может быть, Фрэнсис сейчас гуляет по берегу в лунном свете с другой женщиной? Наверное, они вместе смеются над ее глупостью… Но за что, боже милостивый, за что он заставил ее так страдать?!

Открыв глаза, она увидела Чарльза, шагающего к ней по мокрой траве. Ловко балансируя на ходу, он держал в руках две полные тарелки.

– Энн, ты часом не простудилась? – спросил он, опускаясь на колени рядом с ней. – Найджелу показалось, что тебе нездоровится.

– Со мной все в порядке, Чарльз, – ответила Энн, выдавив из себя улыбку. – Все, что мне нужно, это поесть горячего и хорошенько выспаться.

Взяв у него из рук тарелку, она заставила себя проглотить несколько кусков. Некоторое время Чарльз наблюдал за ней молча, потом неловко откашлялся.

– Тебя, очевидно, удивляет, что отец не приехал за тобой сам…

Энн пожала плечами. Она была так погружена в свое горе, что вообще не вспоминала о графе Гленкенноне на протяжении всего дня. После того, что она пережила за последние двенадцать часов, мысль о встрече с отцом уже не могла вызвать у нее ни радости, ни страха.

– По правде говоря, я об этом вообще не думала, Чарльз, – смущенно призналась она. – Полагаю, он, как всегда, слишком занят, чтобы позаботиться обо мне.

– Вовсе нет! – горячо возразил Чарльз. – Отец скоро присоединится к нам со своим отрядом. Он был уверен, что Маклин задумал какой-то обманный трюк, поэтому мы разделили наши силы. Я возглавил небольшую группу – всего около шести десятков, – а он со своими людьми остановился в лесу примерно за милю от Кеймри.