— Сколько весит малыш?

— Три восемьсот тридцать пять. Большой мальчик!

— А как Пуки?

— Нормально. Пока ни в какие истории не вляпывается.

— От Сэмюэла что слышно?

— Пока ничего.

— Ты уже купила мне билет?

— Билет не надо покупать. У меня для этого проездные талоны есть. А что?

— Послушай, ты очень обидишься, если я не приеду?

— Нет. Но я думала, ты хочешь Аризону посмотреть.

— Хочу, но Шейле надо бы помочь на праздники.

— Ты уверена?

— Уверена. У нее забот по горло. А потом, — я услышала ее знакомый вздох, — здесь новые курсы открываются по составлению букетов и украшений для стола. Мне страшно захотелось пойти на них.

— Сколько стоит.

— Шестьдесят долларов.

— Хочешь, это будет моим рождественским подарком тебе?

— А что, есть выбор?

— Нет, — ответила я.

— А что у тебя хорошенького?

— Пытаюсь сделать кое-какие домашние заготовки для новой работы.

— А что же надо делать?

— Часами прочесывать газеты, искать темы для программы. То, что мне кажется важно для черной общины.

— А Кеннет больше не звонил?

— Мам, прекрати. Раз и навсегда.

— Я только спросила.

— Нет, больше не звонил. Я его просила больше не звонить.

— Ты же говорила, он тебе розы на день рождения прислал.

— Ну и что?

— Мне чего-то никакие мужчины никаких роз не присылали.

— Он может себе это позволить.

— Ты иногда бываешь просто настоящей мегерой.

— Наверное так, мам.

— В этом вся твоя беда. Слишком ты жесткая. Никакому мужчине ты не понравишься, если не станешь мягче. Этот человек все делает, чтоб тебе показать, как он к тебе относится. Почему не дать ему возможность?

— Мам, слушай, ты меня доведешь своими рассуждениями о моих проблемах. Давай, раз они мои, я и буду их сама решать. Ладно? До тех пор, пока ты не сможешь предложить что-нибудь дельное и конструктивное, оставь свои ехидные реплики при себе. Мне уже тридцать семь Я устала выслушивать, что делаю не так и что я, по-твоему, должна делать. А больше всего я устала от твоих вопросов о мужчинах в моей жизни. Нет у меня мужчин! Понимаешь? И самое главное, чтобы ты знала, мне на это наплевать!

— Не сердись, Саванна. Вот ведь. Я не хотела тебя обидеть. Извини, что так получилось. Ты права.

Никогда моя мама не просила у меня прощения.

— Что ты сказала?

— Ты же слышала. Я говорю, извини. И еще, что ты права. Просто ты моя старшая дочка, и мне хочется, чтобы ты была счастлива. Вот и все.

— Я счастлива, мама. Настолько, насколько сейчас могу. Если вдруг я стану счастливее, ты первая об этом узнаешь, можешь не сомневаться. Сменим тему?

— Давай.

— Отлично. Я тебя люблю. А теперь позвоню Шейле.

— Погоди секунду!

— Что теперь, мам?

— Что ты делала в День Благодарения?

— Была в церкви.

— В церкви? С каких это пор ты ходишь в церковь?

— Я помогала кормить бездомных.

— Это хорошее дело. Ладно, иди теперь, детка. Пока.

Я уже потянулась выдернуть шнур телефона, когда раздался звонок. „Только бы не Кеннет", — подумала я, снимая трубку.