«Она заговаривает мне зубы, – догадалась Мэгги, со страхом глядя в кукольное личико Клары. – Ее ведь совсем не интересует знакомство с Дотти Мей. Зачем она ей? Она просто пытается отвлечь меня…» Мэгги с ужасом поняла, что это может означать только одно…

– Простите! – воскликнула она, проходя мимо, но Клара схватила ее за рукав, и Мэгги пришлось обернуться.

– Вы знаете, не так ли? – ахнула она. – Вот почему пытаетесь удержать меня.

Клара узнала правду только вчера вечером. Колин плотно закрыл дверь их спальни и рассказал ей все. Сначала ее охватила ярость: муж опустился до дешевой любовной связи всего за несколько недель до того, как они объявили о своей помолвке! Но она очень быстро сообразила, как это незначительно по сравнению с преимуществами, которые давала им его кратковременная связь. Ее собственное бесплодное чрево являлось источником отчаяния для нее и для Колина; и ее слащавое обожание и манипуляции со стороны матери Колина за все эти годы не очень-то растопили упрямую душу его дедушки. Клара все чаще сомневалась, что они получат то, чего хотели. Но мальчик, наследник по мужской линии, пусть даже и незаконный, мог стать гарантией того, что империя, о которой они с Колином столько мечтали, достанется им.

Поэтому она всем сердцем поддержала его идею стоять до конца.

– Колин разговаривает со своим сыном, – холодно ответила Клара, перестав притворяться доброжелательной. Ее лицо скривилось в злобной ухмылке, когда она заметила ужас в глубине глаз Мэгги. – Да, я все знаю. Колин сам рассказал мне правду. Вчера ночью мы пришли к выводу, что Джона тоже должен знать.

– Он обещал мне… – прошептала Мэгги. Вокруг царили смех, веселье, ноздри щекотал запах еды, табака и вина. Неожиданно аромат духов Клары ударил в нос Мэгги – она почувствовала, что сейчас ее стошнит.

– Думаю, их надо ненадолго оставить наедине. Конечно, это обернется шоком для бедного ребенка – узнать, что родители все эти годы обманывали его…

Мэгги толкнула Клару к группе ковбоев, которые подхватили ее и удержали от падения, и ринулась к входной двери. Стояла ясная холодная ночь, с холмов дул пронизывающий ветер. Мэгги забыла свою шаль и задрожала под ледяным светом звезд, вглядываясь в темноту. Впрочем, она дрожала не от холода. На углу, за магазином Пэйли, она увидела высокую фигуру человека в котелке и мальчика, в котором даже с этого расстояния сразу узнала сына. Нет, нет! Не допусти, чтобы Колин уже сказал ему! Подхватив пышные юбки, она бросилась бежать.

– Что случилось с твоей женой?

Билл Бенсон похлопал Сойера по плечу, прервав зевок, с которым Сойер слушал рассказ доктора Харви о первом годе работы на Западе. Сойер извинился перед группой мужчин, смеявшихся над историей, и повернулся, держа в руке стакан с виски.

– О чем ты, Билл?

– Мэгги. Она выскочила отсюда, как телка, которую сейчас будут клеймить. Думал, тебе следует об этом знать.

– Черт! Что еще произошло? – Сойер оглядел переполненный обеденный зал гостиницы, но нигде не увидел своей жены. – Спасибо, Билл. Я схожу за ней.

Он направился к двери, ругаясь про себя. Что случилось со спокойной, серьезной молодой женщиной, на которой он женился, с женщиной, которая пережила суровые техасские зимы и летние песчаные бури, которая растила троих детей на одиноком ранчо и никогда не жаловалась? В последнее время Мэгги стала вспыльчивой, больше похожей на молодую необъезженную кобылу, чем на его спокойную, уравновешенную жену. Ему это уже начинало действовать на нервы.