Жрица все еще хранила молчание. Ни стонов, ни криков, ни даже прерывистых вздохов. Она крепко держала кусок ткани между зубами, не допуская даже мысли о том, чтобы показать, как это невыносимо.

После шести или семи ударов Миранна больше не могла смотреть на происходящее и закрыла глаза. Казалось, что она сейчас заплачет. Джек же продолжал наблюдать, и каждый удар заставлял его кулаки сжиматься с большей силой.

Еще на площадке он почувствовал запах ее крови. Но не смог подойти к Рин там, ведь ее быстро оттеснили, и жрица оказалась в отдалении от спутников.

Теперь же запах крови стал еще более насыщенным, поэтому вампиру приходилось с трудом сдерживать свою истинную сущность.

Он давно не пил человеческой крови и не собирался делать этого. Когда Джек встречал раненого человека, никогда так сильно не реагировал на запах его крови.

Но этот аромат начал сводить его с ума. Он был похож на запах человека из его прошлого…

Это было невыносимо. Он желал лишь одного – чтобы наказание закончилось.

Почему этот день, что начинался очень хорошо, пошел наперешабан? Потому что они повздорили? Потому что девушка, ущемленная неверием в ее силы, решила доказать, что с ее помощью Хиро осилит тренировку? А теперь Рин принимает наказание за то, что хотела помочь ему.

Он вспомнил, что жрица рассказывала прошлой ночью. Жизнь действительно несправедлива к ней.

Последний, двадцатый, удар оказался самым сильным. От него Рин потеряла равновесие, и, чтобы не упасть, ей пришлось упереться руками вперед.

Она успела забыть, что была ранена, и чуть не упала на землю лицом.

– Рин! Позовите целителя! – тут же закричал Гао Люсы, подбегая к ней.

Мин Жунбай, который хранил гробовое молчание, снова заговорил:

– Похоже, ты понимаешь, что нужно делать, а что нельзя, только этим местом.

Кажется, он имел в виду ее спину.

– Мастер! Не говорите так!

– Тишина! – гаркнул старейшина, осматривая всех собравшихся. – Посмотрите на нее внимательно. Гений третьего ранга, овладевший восьмой ступенью. Вот она сидит на коленях передо мной, избитая и наказанная. Запомните, что будет, если взять на себя ответственность, с которой вы не можете справиться. Учитесь на ошибках других, а не то получите еще худшую кару, чем она.

С этими словами он развернулся и ушел с площади.

Гао Люсы подхватил жрицу за плечи.

– Сестрица?! Сестрица! Ты можешь встать? Сейчас мы тебе поможем!

Почти тут же окровавленная тряпка выпала из ее рта.

– Хватит… кричать… ты же знаешь… что я ненавижу шум…

Закинув ее руку на плечо и поддерживая девушку за талию, Люсы поднял ее с земли. Она еле стояла на ногах – еще немного, и повисла бы на нем.

– Хувэй! Быстро, помоги мне!

Из толпы сразу выбежал парень шестнадцати лет, который подошел с другой стороны и закинул вторую руку девушки на плечо. Так они и потащили ее вон с площади.

– Джек… неужели все кончилось?.. – Мира побледнела. Обливи вцепилась в руку вампира, и лишь по ее лицу можно было догадаться, какой ужас она сейчас испытала. – Скорее, пойдем позовем Мию… она может помочь залечить эти раны…

Тот же продолжал стоять, глядя на окровавленную тряпку, что осталась на месте наказания.

– Почему… каждый раз это ты?.. – пробубнил он себе под нос.

Глава 22. Благодарность и прощение

Когда Джек и Мира вернулись в хижину мирского спокойствия, картина там не изменилась. Мия все еще сидела около циновки, на которой лежал ее брат, а сам Хиро, бледный, словно мертвец, почти не дышал, и во лбу его горел зеленый огонек.