Тут у девушки не нашлось аргумента, и она нахмурилась.

– Наставник, вы позвали нас только по этому поводу?

– А что? Слишком мелкий? – нахмурился Мин Жунбай. – А мне кажется, что повод невероятно важный не только для вас двоих, но и для будущего обеих ваших стран.

Оба его собеседника удивленно подняли брови.

– Не понимаете? Сейчас передо мной бок о бок сидят вампир и человек. Скажи это любому адекватному, и, как думаете, он поверит?

Оба молча опустили головы в раздумьях.

– Рин, все ли вампиры монстры? Или ты осознала за эти два года, что не только вампиры бывают ими?

– Люди тоже могут быть монстрами, – с трудом сказала девушка, явно вспоминая конкретных людей.

– Как не все вампиры монстры, так и не все люди безвинны. Тьма найдется в сердце любого. То же самое касается и других рас. Оборотни, обливи – мы все не святые. Никогда не нужно делить на черное и белое, Рин. Надеюсь, теперь, после встречи с этим вампиром, ты понимаешь это.

– Да, наставник, – кивнула ему жрица. Глава пика направил взгляд на Джека, и тот вздрогнул.

– Ты элементалист?

– Да, старейшина Мин, – сглотнув, сказал вампир.

– Какие стихии?

– Огонь и ветер.

Мастер нахмурился в глубокой задумчивости.

– Почему ты… не пьешь человеческую кровь?

– Потому что я не монстр. И не хочу им быть. Лучше умереть, чем стать убийцей, – ответил ему вампир.

– Но ты убиваешь животных, – нахмурился старейшина.

– Люди тоже. Делает ли это меня более виновным, чем они? – спокойно сказал он.

– Хм… ты и вправду дефектный. Я встречал лишь одного подобного тебе.

Рин удивленно вскинула брови.

– Наставник встречал дефектных в прошлом? Почему вы не рассказывали этого раньше?

Мин Жунбай нахмурился. Он встал из-за стола, повернулся к ним спиной, сложив руки сзади и спрятав их под рукавами.

– Рассказывал ли этот старый мастер тебе историю о своем учителе?

– Вы иногда упоминали его во время наших занятий, наставник, – кивнула Рин. – Его имя Чжи Кан[56].

– Гмм. Мой мастер был великим магом-элементалистом. Кроме того, что он повелевал ветрами, словно сам был ветром, так еще и оказался владельцем белой молнии – одной из двух сильнейших цветных молний мира.

Джек нахмурился. Глава пика говорил о белой молнии так, словно действительно верил, что она была сильнейшей, наравне с черной молнией. Но ведь на самом деле все цветные молнии были примерно равны между собой.

– Этой ученице известно, что мастер учился у него искусству овладения цветной молнией, – кивнула жрица.

– А известно ли тебе, что мой мастер был дефектным вампиром? – спросил глава. Девушка подняла на него изумленный взгляд. Словно ее мировоззрение только что перевернулось.

– Вампиром? Один из старейшин предыдущего поколения… был вампиром?

– Именно так. Это был один из главных секретов пика. Мой мастер скрывал свой настоящий облик с того момента, как глава того поколения нашел его около демонического источника. Он что-то исследовал, и только покойный глава пика знал тогда, что Чжи Кан был вампиром. То было больше пятидесяти лет назад. Когда я попал на пик, меня определили к нему на обучение. Он… был довольно своеобразным наставником. Лекциям предпочитал подвижные игры, но все слова, что тогда он говорил нам, зеленым юнцам, навсегда засели в моей душе. Он говорил вещи, о которых не мог поведать даже самый старый мудрец. Его познания о мире были велики до такой степени, что многие его рассказы, записанные учениками, в итоге стали книгами, которые сейчас изучаются на наших занятиях.