Колян грустно вздохнул, выдержал паузу и продолжил:

– И с тех пор Система пытается изменить всё под Игру, даже интерфейс потихоньку меняет. Она провела свой апгрейд и добавила дополнительные характеристики людям. Ведь сначала были только те, что сейчас называются базовыми. Всё остальное это уже отсебятина Системы, её игровой начинки. И пошли все эти квесты и бонусы за их выполнение. Так мир и разделился на Игроков и остальных.

– А от чего зависит?

– Говорят, что от чипа. У большинства людей стоят обычные, но было выпущено большое количество экспериментальных, как у нас с тобой, – Колян постучал себя пальцем по голове. – Опять же по совету японцев, типа для лучшей интеграции с Системой. А последние два года, говорят, только экспериментальные и ставят. Вроде простые больше не выпускают.

– Это что, скоро все станут игроками? – мне становилось страшно от полученной информации.

– Похоже, да. Все станем частью Игры и будем надеяться, что у неё в запасе нет варианта сценария типа «Апокалипсис».

– Охренеть… – только и смог проговорить я. – И что, ничего нельзя сделать?

– Ничего, – Колян пожал плечами. – Восемнадцатый параграф лицензионного соглашения, принимаемого по умолчанию каждым, в ком есть чип, не даёт с ней бороться. Сначала, конечно, пытались, но Система уничтожает всех, кто покушается на неё. Эта зараза полностью обеспечивает свою безопасность. Говорят, она может убить человека тем, что запускает в его организме какие-то процессы. Хотя, по мне это перебор.

– А вот это как раз-таки я сам видел, – я вспомнил Железняка. – Но ведь можно надеть эти шапки из фольги и отрубить сервера!

– В мире наступит хаос.

– Да лучше хаос, чем такие перспективы!

– Никто точно не знает ничего о перспективах, – возразил Колян. – В основном она не вмешивается в жизнь людей. Страны соперничают, государства охотятся за неугодными. Система нейтральна. Хотя, конечно, сидим на бомбе. Что от неё ожидать в будущем, неизвестно. Да и фанатов Игры всё больше и больше. Сейчас Система не разрешает убивать лишний раз. Но кто знает, что будет через год или два? Она постоянно развивается. Каждые полгода выходит всё больше и больше игровых апгрейдов. И всё больше и больше игроков начинают жить по правилам Игры, а не по законам своих стран. И Система помогает им в этом. Раздаёт квесты и бонусы, помогает иногда даже скрываться от полиции. И эти люди не дадут ни вырубить сервера, ни сделать чего-либо другого, что может лишить их Игры. Руководство большинства стран и спецслужб уже подсели на Игру.

Полученная информация потрясла меня настолько сильно, что некоторое время я не мог вымолвить ни слова.

 Конечно, я с первого дня моей новой жизни, с той самой встречи в больнице с Железняком и Черноволовым, понял, что нахожусь, мягко говоря, в незавидном положении. А если уж называть вещи своими именами – я находился в заднице. И со временем убеждался в этом всё больше и больше. Но лишь после общения с Коляном, я осознал, что в этой заднице находится весь мир. И ещё я осознал всю её глубину, черноту и холод.

Меня и раньше напрягала Система, завораживала, и при этом пугала Игра, но я и подумать не мог, что это никем не контролируется! Никем, кроме непонятной мутной компьютерной программы. Какая ирония: капсулы погружения в виртуальные миры мы ещё не придумали, а вот жизни свои в реальном мире искину уже доверили. Не стали дожидаться погружения в виртмиры, а в реале доверили себя железяке. И если, как сказал Колян, эта Система была саморазвивающейся и заточенной под Игру, то всё, что мы видели вокруг – это ещё цветочки. Весь наш мир представился мне огромным космическим кораблём, который несётся сквозь просторы космоса, управляемый автопилотом, а мы, все жители Земли, как пассажиры этого лайнера, летим неизвестно куда, в надежде, что электронный мозг автопилота направил нас не в чёрную дыру, а к новым прекрасным мирам.