|
Случайность, может быть, скажете вы? Никоим образом! Вы знаете, что прежде шведы были очень бедны, настолько бедны, что, когда умер король Густав-Адольф, государственный совет решил не приглашать на похороны ни одного иностранца. Почему? В решении совета было записано: если они приедут к нам, то увидят нашу нищету. Так вот, однажды королевская дочь полюбила сына датского короля. Состоялась помолвка. Но где взять приданое, если королевская казна пуста? И тогда король сказал: «Вот тебе, дочка, кусок гористой земли, но только бери его с собой». Дочь так и сделала. Там, где она взяла землю, образовалась глубокая выемка, ее заполнила вода, и получилось это озеро. Датчане же опустили полученное приданое в море, и теперь у них есть остров Лангеланн… Но внимание: мы въезжаем в Хускварну!
Это был именно тот город, школьники которого не прочь были улететь вместе с гусями в волшебную страну, где нет ни книг, ни уроков. Затем мы проскочили еще один город, известный тем, что в нем вот уже триста лет выпускают замечательные конфеты «полька-грис», не похожие ни на какие другие. Они оказались чуть солоноватыми. Так катили мы вдоль лазурного озера, и разноцветные паруса яхт- красные, оранжевые, желтые — самоцветами горели на нем в солнечных лучах. Промышленные городки чередовались со старинными замками и крепостями. Одна из них оказалась подделкой: это был придорожный ресторан, построенный в стиле крепости, и сквозь его бойницы виднелись белые куртки официантов. Возле города Мутала мы пересекли Гёта-канал. Из его тесного ложа как раз вышел на озерный простор пароходик. После пересечения Веттерна он преодолеет еще одну лестницу шлюзов и окажется в водах Венерна, самого большого из шведских озер. А у северных берегов Венерна начинается родина сказки, провинция Вермланд, знакомая мне› по прежним поездкам.
Какой человек не любит родные места? Состарившись, он с нежностью вспоминает рощу, в которой гонялся за белками, речку, где пускал пузыри, учась плавать, школу, где впервые раскрыл букварь. Провинции Вермланд особенно повезло — с ней связано детство нескольких крупных писателей Швеции. Но можно ведь также говорить и о том, что писателям повезло родиться в Вермланде: с давних пор жителей этой провинции отличала склонность к поэзии и музыке. В деревнях летними белыми ночами парни сочиняли песни, а деревенские скрипачи подбирали к ним мелодии. Зимними вечерами старухи без конца рассказывали удивительнейшие истории, всяческие были и небылицы, и недаром Вермланд называли волшебным ящиком шведских сказаний. В маленькой вермландской деревушке, в семье сельского священника, родился Эсайас Тегнер. Крытый черепицей одноэтажный белый домик, похожий на тысячи других крестьянских домов Вермланда, служил приютом поэту и историку Эрику Гейеру. Современник Тегнера и его друг в студенческие годы, Гейер писал стихи и сам сочинял к ним музыку. В Вермланде в 1858 году родилась и Сельма Лагерлёф, народная писательница Швеции. Онй была учительницей школы для девочек в городе Ландскруне; там впервые попробовала сочинять сказки и обрабатывать народные легенды. Потом Сельма Лагерлёф написала первую большую книгу — «Сага о Йёсте Берлинге», в которой описывается жизнь вермландской помещичьей усадьбы в начале прошлого века. Книга насыщена духом вермландских легенд и сказаний. Говорят, будто простодушные крестьяне даже упрекали писательницу в том, что она, мол, напечатала в книге разные истории, которые ей рассказывались просто так, а вовсе не для того, чтобы о них узнали добрые люди во всей Швеции… «Сага о Йёсте Берлинге» прославила до той поры никому не известную учительницу. Одна за другой появлялись новые ее книги. Но когда Сельма Лагерлёф задумала написать для школьников о Швеции, то долго не могла приступить к делу. |
