— Кажется, вы нашли дорогу в свет? — спросил он с улыбкой.

 — Да, благодаря принцессе Эстергази, которая была так добра и любезна и дала мне рекомендации в «Олмэкс», — ответил француз. — Сегодня вечером я буду присутствовать на подписном балу.

 На губах Аласдэра по-прежнему играла ничего не выражавшая улыбка, но проницательные глаза рассматривали собеседника. Его сосед, похоже, не блистал здоровьем. Под глазами темнели синяки, кожа отливала серым. Аласдэр пытался догадаться, позвал ли он сторожа, когда очнулся в оранжерее. Если и так, история о нападении во время костюмированного бала у герцогини Девиз еще не просочилась в свет. Но позвать на помощь и потребовать правосудия в такой ситуации — самый естественный шаг. Странно, если Поль Дени этого не сделал.

 — Я надеялся узнать, что леди Эмма тоже будет там. И если так, заручиться ее согласием на вальс. Но она куда-то исчезла, прежде чем я успел поговорить с ней. — Поль расстроенно улыбнулся, давая понять, как он собой недоволен.

 — Даже если бы успели, это ни к чему бы не привело, — отозвался Аласдэр. — Если бы Эмма и согласилась, в чем я сомневаюсь, правила «Олмэкса» не позволяют ей танцевать с вами, прежде чем вас не представят как достойного партнера.

 — О, я не знал! — Поль Дени в отчаянии пожал плечами. — Столько правил… столько неписаных традиций. Лондонский свет для новичка совершенно непонятен.

 Аласдэр улыбнулся в знак согласия и собрался продолжать подниматься по лестнице, но не успел одолеть ни одной ступеньки.

 — Лорд Аласдэр!

 — Да, господин Дени? — Он снова повернулся к французу.

 — Я чувствую себя немного неловко. — Тот погладил губы кончиком пальца. — Надеюсь, вы не будете возражать, если я сделаю леди Эмме предложение?

 «Только через мой труп».

 Но вслух Аласдэр этого не сказал. А только бесстрастно проговорил:

 — Господин Дени, ответ вы получите у самой Эммы. Она официально уже два года сама себе хозяйка, но на самом деле — гораздо дольше, со смерти отца, поскольку ее брат оказался нестрогим воспитателем. Вы скоро поймете, если еще не поняли, что она своенравна и все важные решения принимает сама. — Он поклонился на прощание и пошел вверх по лестнице.

 А Поль, нахмурившись, выскользнул на улицу. Его внезапно осенило: Аласдэру Чейзу не нравится, что он, Поль Дени, ухаживает за его подопечной. В прошлом они были вместе, даже собирались обвенчаться. Аласдэр — опекун леди Эммы, и они, без сомнения, ссорились. Но с другой стороны, бывали моменты, когда они легко общались друг с другом, как могут только давнишние друзья… или теперешние любовники.

 Еще раньше Поль подметил, что Эмму никак нельзя назвать несмышленой девчонкой. Уж не делила ли она с лордом Аласдэром радости постели?

 Если отвергнутый жених все еще провожал свою подопечную в спальню со свечой, он вполне мог возражать против новых претендентов. Вплоть до того, чтобы стукнуть по голове возможного возлюбленного и прервать свидание.

 И все же Поль не верил, что спокойный, добродушный лорд Аласдэр способен на такой грубый поступок. К тому же в присутствии жертвы он не проявлял ни малейших признаков смущения: ни один его мускул не дрогнул под пристальным взглядом Поля. Нет, невозможно. Конечно, хорошо бы объяснить нападение обычной мужской ревностью, но Поль нутром чувствовал, что это не так. За ним кто-то охотился.

***

 Не прошло и двадцати минут, как Эмма вернулась в гостиную.