Его удивила столь неожиданная просьба.

— Я любил тебя, Стефани, — мрачно ответил он, — настолько сильно, что оставил тебя. А сейчас прошу остаться со мной сегодня, искренне полагая, что у нас все начнется снова.

Стефани почувствовала возбуждение и глубоко вздохнула.

— Ты же знаешь, что я не могу. Я должна думать о Саймоне.

Он приблизил губы к ее уху и прошептал:

— Всего на несколько часов. Ты вернешься до рассвета. Саймон ничего не узнает. Никто не узнает.

— Я не должна этого делать, — запинаясь, произнесла она, — я должна уйти…

Она осталась. Позволила ему целовать ее шею и плечи. Задрожала всем телом, когда мужчина опустил бретельки платья и медленно стянул его вниз. Она прошептала его имя, когда он целовал ее восхитительную грудь, а потом ласкал языком нежный плоский живот. Его руки скользнули к тонким атласным трусикам, и Матео вдохнул ее тонкий незабываемый аромат. От возбуждения он сходил с ума. Резко схватил ее на руки, понес в комнату и положил на кровать. Шорты и трусы полетели в угол.

Стефани издала приглушенный стон и вцепилась в сильные плечи. С трудом пытаясь сохранить остатки разума, она прошептала:

— Тебе нужно кое-что знать. Мне надо было сказать тебе раньше, но я не смогла…

— Не волнуйся, cara, ты не забеременеешь. — Матео выдвинул ящик тумбочки.

— Матео, — задыхаясь, умоляла она, — пожалуйста, послушай! Это важно.

Он сжал ее в объятиях и хрипло произнес:

— Сейчас самое важное — хочешь ли ты заняться со мной любовью. Если я неправильно понял тебя, скажи мне сейчас, Стефани, потому что я не каменный. Еще немного… и я не смогу остановиться.

— Я хочу тебя, — тихо простонала женщина. — Ты знаешь это. Но ты можешь не захотеть меня, если…

— Я слишком уверен в том, что хочу, — сообщил он, склоняясь над нею. — Я чувствую это с той самой секунды, как ты приехала.

— Все не так просто, — возразила Стефани. — Ты очень многого не знаешь.

— Все очень просто. Это касается только меня и больше никого. — Матео прикоснулся губами к ее соскам, потом спустился к животу. — Перестань все осложнять.

— Но между нами много сложностей!

— Замолчи, мое сокровище, — хрипло пробормотал он, целуя ее и лаская рукой. — Позволь мне просто любить тебя. А потом мы будем говорить до рассвета, если захочешь.

Стефани застонала и подалась навстречу его руке, сжимая бедра и плотно прижимаясь к нему, когда первые толчки прокатились по телу.

Матео действовал очень умело, помогая ей освободиться, как будто они занимались любовью только вчера. Женщина выгнула спину, вскрикнула и прильнула к нему в судорогах.

— Сейчас, — умоляла она, — пожалуйста, Матео, войди в меня сейчас!

— Si, la mia innamorata, да, возлюбленная моя, — еле выдавил он, с трудом сохраняя контроль, и вытащил из тумбочки презерватив. А потом он был там, где хотел быть с того момента, как Стефани снова вошла в его жизнь.

Желание неистово взорвалось в нем. Содрогнувшись, Матео немного отдалился, стремясь усмирить свою плоть.

— Подожди, — простонал он, — не торопись, моя Стефани!

Женщина снова притянула его, не в силах больше ждать, и весь мир перестал существовать для них.

Наконец мужчина с огромным усилием поднял голову и посмотрел на Стефани. Глаза у нее затуманились, а лицо горело от возбуждения.

— Ты не изменилась, — хрипло сказал он.