У Стефани пересохло во рту и на мгновение остановилось сердце. Она отчетливо вспомнила, как внимательно рассматривала Коринна Саймона. Такой светленький, но такой знакомый. С такой кожей он мог бы сойти за итальянца.

— Что вы хотите сказать? — с трудом выдавила Стефани. — К сожалению, я не понимаю.

Коринна открыла сумку и достала выцветшую от времени фотографию. Протянув ее, жестко спросила:

— Может быть, это поможет понять, cara!

Стефани почувствовала, что кровь застыла в жилах. На нее смотрел Саймон а возрасте полутора лет. Вернее, не совсем Саймон. Это, без сомнения, была девочка — в длинном платьице, украшенном тонким кружевом, с ленточкой в коротких светлых волосах. Да и время было другое. Остальное — глаза, ямочки на щеках и даже улыбка — все было, как у ее сына.

— Где вы это взяли? — спросила Стефани, заметив, что у нее дрожат руки.

— Из старого альбома. Он был в сундуке вместе с памятными вещами. Когда вы приходили ко мне на ланч, я сразу заметила сходство. Это фотография бабушки Матео по отцу.

— Я вам не верю! Матео совсем не похож на нее.

— Вы правы. Он пошел в итальянскую родню. Но его бабушка швейцарка. Голубоглазая блондинка. Точно как ваш Саймон. Необыкновенное сходство, вы так не считаете?

Онемев от страха, Стефани посмотрела на Коринну.

— Что вы собираетесь делать?

— Вы признаете, что Саймон — сын Матео?

Обессилевшая, уставшая лгать и загнанная в угол, Стефани совсем упала духом.

— Вы не оставили мне иного выбора.

— Тогда, моя дорогая, возникает вопрос, что вы собираетесь делать? Матео узнает правду, в этом вы можете быть уверены. Но я думаю, будет лучше, если вы сами ее откроете.

— Как, Коринна? — Глаза Стефани наполнились слезами. — Как мне сделать это, не разрушив того, что уже есть? Или вы надеетесь именно на это — что он уйдет от меня и снова станет вашим?

Коринна забрала фотографию и крепко сжала дрожащие руки Стефани.

— Послушайте меня, cara, — мягко сказала она. — Я вам не враг, и я не имею ни малейшего желания вставать между вами и Матео.

— Но вы все равно сделаете это!

— Если надо, сделаю. — Коринна вздохнула и снова сжала руки Стефани. — Вы мне нравитесь, Стефани. Я сочувствую вам и не стану притворяться, что вам легко будет выполнить свою задачу. Но если вы заставите меня выбрать чью-то сторону, я выберу сторону Матео. Мы с ним знаем друг друга с того времени, когда детьми проводили лето здесь, на Ишиа. Я прежде всего предана ему. Знаю, как он почитает семью, как надеется однажды обрести свою собственную. Пожалуйста, не просите меня предать его, скрыв от него правду о ребенке, отцом которого он является.

— Но мы только что нашли друг друга! — воскликнула молодая женщина. — Только начали восстанавливать отношения!

Достав платок, Коринна осторожно вытерла слезы Стефани.

— Вы любите его, моя дорогая?

— Да, — рыдая, ответила она. — Я всегда его любила.

— Так сильно, что простили бы его, если вдруг узнали, что у него ребенок от другой женщины?

Стефани чуть подумала, а затем твердо произнесла:

— Я бы все простила, что бы он ни сделал.

— Тогда положитесь на него, он будет так же благороден.