— Я рад, что вам лучше, — сказал мужчина. — Рад, что ваш друг успел раньше, чем яд убил вас… и вашего ребенка. Я так сосредоточилась на его голосе, который почему-то что-то всполошил в памяти, что смысл слов дошел до меня не сразу:

— Вы им рассказали о ребенке?

— Нет, что вы, — неожиданно холодно ответил мужчина, вставая из-за стола. — Не бледнейте так… Марга. Мы в храме сплетничать непривычны.

— Слава богу…

— Думаю, что отцу следует знать…

— А я думаю, что это не ваше дело!

— Женщине в нашем мире не пристало быть столь гордой, Марга, — прошипел мужчина, и в голосе его я почувствовала угрозу. — Но дело ваше, вы правы. Идемте, нас уже заждались. Раньше, чем я успела очнуться, меня взяли за руку и неожиданно грубо втолкнули в боковую дверь. Здесь было темно. Прежде, чем я успела толком оглядеться, жрец показал мне на раскиданные на полу подушки.

— Присаживайтесь, Марга. И скройте лицо под складками плаща. Магия перестала действовать, вы вернулись к прежнему облику, но показываться вам пока еще рано.

— Я рада, что с тобой все в порядке, — мне показалось, или в голосе Ланса прозвучало облегчение? Моргнув раз, другой, я все же села на подушки, не осмеливаясь бросить взгляда на сидевших напротив мужчин, моих былых спутников.

— Добро пожаловать, принц, — прошептал человек в хламиде, и Вареон побледнел. — Я и мои братья служим Эршу, к сожалению или к счастью малознакомому в вашей стране божеству. И верьте мне, здесь вы и ваши друзья в безопасности. Но вы должны отдать нам медальон Берила. Незнакомец требовательно протянул ладонь, и я сняла с шеи тот самый амулет, который с такой тщательностью оберегал во время путешествия Вареон.

— Я должна была его оставить на алтаре…

— Это формальность, Рита. Главное, что вы, принц и амулет достигли храма. Я вздрогнула, услышав имя, которое уже успела подзабыть. А жрец вдруг выхватил из моих пальцев медальон и вздрогнул вместе со мной, когда между нами будто промелькнула невидимая искра.

— Кто вы? — пересохшими губами спросила я.

— Для вас — никто, — холодно ответил жрец и тут же поправился:

— Боюсь, мое имя будет некоторым из вас знакомо и может только помешать нашему разговору. А разговор и без того приятным и простым не будет. Боюсь, что проблема не во мне, а в вас, мой принц. И я искренне рад, что вы послушались Александра и, вместо того, чтобы сделать глупость и посетить клан целителей, вы пришли к нам.

— Почему вы называете помощь целителей глупостью? — просила я — единственная здесь, кто почему-то не испытывал перед жрецом робости. И тут жрец заговорил на странном языке, столько же понятном мне, сколь непонятном остальным. Им понятны были слова, но построение фраз…

— Вы образованная женщина и понимаете, что люди на самом деле очень слабые и хрупкие существа. У них нет естественной защиты, как у других зверей — их зубы недоразвиты, они не имеют когтей, не умеют быстро бегать. Для того, чтобы жить, им единственным нужна одежда, огонь, оружие… Победив природу вокруг себя, люди начали враждовать между собой за власть. В этом тоже есть доля зова инстинкта — борьба за место вожака. В этой борьбе, как вы понимаете, Марга, часто побеждал не сильнейший, а обладающий лучшим оружием. Поэтому люди старались все более усовершенствовать средства борьбы.