Изменить размер шрифта - +
Уже зная, что употребление имени среди китайцев ограничено обычно кругом семьи и наиболее близкими друзьями, капитан-лейтенант моргнул, не зная, что может быть причиной подобной фамильярности. Вопросов же он задавать не стал – понятно, что на него и без того вывалят, что там у них случилось. Поймали шпиона, в днище минзага обнаружилась течь через плохо проклепанные листы обшивки – да мало ли что? Интересно только, почему флаг-минер так возбудился, будто это военсоветник в чем-то виноват?

– Туда! Туда!

Комвзвода Ли, выслушав корейца, сам пришел в возбуждение и буквально закудахтал, хватая удивленного советника за рукав шинели. «Куда – туда?» – захотелось спросить Алексею, но представив, как все это прозвучит, он едва не засмеялся.

В коридоре стоял еще один кореец, с любопытным и одновременно суровым лицом. Дождавшись, пока китайский переводчик, советник и флаг-минер пройдут мимо, он пристроился им в кильватер. Все меньше понимая, что происходит, и начиная предполагать совсем уж большие неприятности, Алексей вошел в дверь, на которую ему показали. Это была очередная комната, увешанная патриотическими плакатами на корейском языке и профильными схемами боевых кораблей интервентов.

– Ага! – сказал поднявшийся из-за стола с какими-то мисками и чашками крепко сбитый мускулистый китаец. – Пришел, да?

Второй, сидящий наискосок, через угол стола, от первого, ничего не сказал, но оторвался от еды, внимательно и цепко поглядев на вошедших. В груди у Алексея екнуло. За ним? За что?

– Товарищ военный советник, – высунулся из-за спины Ли. – Вот, товарищи прибыли, а никто не знает ничего. И я ничего не знаю! А вы…

– Так, так, тихо! – скомандовал Алексей, за какую-то секунду начавший понимать происходящее. Первое впечатление обмануло его – вставший, когда они вошли, явно не был китайцем. Уже хотя бы потому, что говорил он как москвич. – Не мельтеши!

Это слово переводчик мог и не знать, но интонация до него явно дошла. Ли замолчал на полуслове.

– Кто такие? – спросил Алексей сразу обоих непонятных людей – и сидящего, и стоящего, обводя их взглядом в попытке ухватить какую-нибудь важную деталь.

– Э-э…

Первый, тот, что по-хамски спросил его «Пришел?», как-то смешался и ответил уже другим тоном:

– Инженер–старший лейтенант Петров.

Второй с сожалением отодвинул миску от себя и поднялся, вытягивая руки по швам:

– Старший лейтенант Зая.

Изумленный Алексей приподнял брови. Ничего себе фамилия! На «заю» старший лейтенант не был похож совершенно. Скорее уж на росомаху – одного из самых впечатляющих хищников, водящихся в тех краях, где они с братом росли. Это или разведка, или все же МГБ… Но тогда непонятно присутствие инженера, что бы это ни означало.

– Я капитан-лейтенант Вдовый, советник при ВМФ КНА, – сказал Алексей, не отрывая взгляд от лица старшего лейтенанта Заи. – Предъявите документы немедленно.

Тот помедлил секунду, но полез в нагрудный карман. Форма у обоих была китайская, как и у самого Алексея, и уже одно это несколько успокаивало. Его товарищ повторил движение еще секундой позже.

– Да у нас проверяли уже, товарищ капитан-лейтенант, – миролюбиво пробурчал он.

Отвечать тут было незачем, поэтому Алексей сконцентрировался на том, чтобы припомнить слухи о возможных вербовках чужими разведками, о которых ему так много говорили перед отправкой. И вспомнить о проверочных «псевдовербовках», с которыми он сталкивался еще в Польше. Документы вроде бы были самые настоящие: «Всем военнослужащим, и гражданам Союза Советских Социалистических Республик… Оказывать всяческое содействие… При исполнении служебного задания… Имеют право на мобилизацию сил милиции.

Быстрый переход