— Высоко не получится, князь. Гроза. Молния может пронзить крылья. Просто уберёмся отсюда подальше, дождёмся утра, а там посмотрим.

— Я слышу мудрую речь, Хранитель. Она так похожа на человеческую.

Дракон с прыжка взмыл в небо. Крыльям пришлось работать в два раза сильнее, преодолевая водную завесу. Небо словно решило утопить землю. Неужели боги решили наказать людей именно в эту ночь?

Под крыльями уже оставалась пылающая деревня. Там сеча только набирала обороты: атакующие прорвались в деревню. Андрен невольно прикинул, что, по всей видимости, их ведёт умелый предводитель. Но только чёрная ночь решит, кто доживёт до утра.

Встречный ветер и дождь отвлекли от посторонних мыслей. Дракон направление взял на юг, слепо разрывая крыльями ночную пустоту. Под небом потухли последние звёзды, попрятались от непогоды.

Светлан вжался в чешую, слушая сердце дракона. Император вздрагивал всякий раз, когда молнии разрывали небо в опасной близости от безумцев, что решились покорить небо так не вовремя.

Андрен попытался припомнить карту. Встретятся ли по пути горы… или выживут?

* * *

Деревня Нерпы.

Утро после боя.

Чини поскребла щеку о кору могучего дуба и медленно подняла тяжёлое веко. Свинцовое, не меньше пуда. Второе весило не меньше. В памяти вместе с ноющими мышцами проснулись хороводом воспоминания. Побежали, расставляясь по полочкам воспоминания.

Ведьмы решили не ждать следующего дня, как настаивал Грок. Собрав отряд, двинулись к границе амазонок. Это был ночной набег. Карательный. Обе стороны не раз терзали друг друга, оставляя сожжённые пограничные деревни, и раны в сердце. Столкнулись лоб в лоб в чёрноте леса.

«Сеча была неистовой. Как прорубились к деревне, одним богам известно. А потом, потом…». — Подумала бард и расплылась в улыбке, ощущая под плащом близость обнажённого женского тела. Ощущения атласной кожи стряхнули остатки сна. По телу пробежались мурашки. Но лежала, боясь пошевелиться и потревожить её сон.

Фира быстро иссякла в бою. Чини долго прикрывала её, рубясь плечом к плечу, пока гордость молодой ведьмы не позволила признаться, что сил больше сил. В темноте незаметно отступить не составило большого труда. В лесу нашли большое, широкое дерево и спрятались от дождя в большом дупле, скидывая с себя мокрую одежду.

Провал с этой молнией, спалит, так спалит, решила Чини. Битва и крики умирающих отдалились. Какое они имеют значение, когда её горячее дыхание обжигало щёки, шею, а руки без устали собирали нежные прикосновения?

Та, кто почти десятиление была в заточении морской свинкой, с упоением забирала своё… Обе забыли про бой. Неистовое желание тепла и нежности захватило с головой, накрыло волной, отрезав весь окружающий мир до утра. Откуда только брались силы? Сжигали себя в пламени дотла, не сдерживаясь в поцелях.

Фирадея открыла глаза. Мягкая улыбка озарила лицо ярким солнцем. Не говоря и слова, обхватила за шею, притянула к себе. Рыжие и серебряные локоны сплелись. Губы поймали друг друга едва-едва. Новой тёплой волной накрыло с головой… Очнулись спустя четверть часа, возвращая способность мыслить.

Чини едва справилась с собой, чтобы разомкнуть объятья. Отдавая девушке плащ, потянулась за своей одеждой, напевая под нос:

— Ещё, — прошептала одними губами Фира.

Чини натянула боевые портки. Не удержалась, чмокнув в ухо и шепча:

— А почему неразумной?

Чини пожала плечами:

— Не знаю.