|
Сначала мы закладываем большую петлю — отправляемся на восток, в направлении Японии, на самолете. Один из таких рейсов вылетает в эти выходные. Оттуда можно двинуться прямо к цели и менее чем через два часа после приземления в Токио сесть на рейс до Ванкувера, даже не покидая пределов терминала. Сверхзвуковой лайнер авиакомпании «Cathay Pacific» совершает посадку в Британской Колумбии, затем в Монреале и Лондоне. Мы выходим из самолета в аэропорту Дорваль и поселяемся в крупном отеле, в номере со смежными комнатами. Я прекрасно знаю одну из таких гостиниц — это «Отель дю Парк». Он находится на проспекте с таким же названием. Там у нас будет время, чтобы сообщить о себе и вступить в контакт с местными посредниками, после чего я передам подопечную им.
— Нет, — процедил Горский, оскалив зубы, — все это следует сделать совсем иначе. — Тогда как, по-вашему? — поинтересовался Тороп. — Во-первых, вы не будете останавливаться в крупном отеле на Парк-авеню или где-нибудь еще. Я хочу, чтобы не было лишних свидетелей. Так что снимите неприметную квартиру или дом за пределами города. Тороп взглянул на Романенко, но полковник сделал вид, что не заметил этого. — Согласен, никаких отелей. — Во-вторых, вы не станете вступать в контакт с какими-либо посредниками. Они сами должны разыскать вас. — Каким образом? — А вы как думаете? Полковник сообщит мне ваш адрес, а я переправлю его нужным людям. — Ладно, — произнес Тороп. — Меня это полностью устраивает. — Это еще не все. Тороп улыбнулся: — Я был бы разочарован, если бы мы на этом остановились. Горский посмотрел на Торопа, как мать, которая собирается задать взбучку своему непоседливому отпрыску: — Знаете, что я скажу? Хватит играть в бойскаута, вы уже не в том возрасте. Мы сейчас говорим не об обычном сопровождении объекта. Действительно, ваша задача — доставить женщину в Монреаль, но вам необходимо усвоить одну вещь: вы обязаны обеспечивать ее безопасность на протяжении всей операции. — Никаких проблем, ведь это предусмотрено моим контрактом. Тороп снова повернулся к Романенко, ожидая одобрения. Напрасно. Седеющий полковник с тусклым взглядом, казалось, напряженно над чем-то размышляет. — Знаю, — негромко сказал Горский, — но боюсь, вы слегка недооцениваете длительность вашего этапа операции. — Что это значит? Горский поскреб подбородок, вытер затылок и расщедрился на хищную улыбку. Во рту сверкнул золотой зуб. — Вы должны быть готовы провести там три-четыре месяца. — Три-четыре месяца? — озадаченно воскликнул Тороп, поворачиваясь к полковнику. — Это что еще за новости, Антон? Мы так не договаривались, — произнес Романенко, поправляя очки. — Знаю, — без тени смущения признался Горский. — Из соображений безопасности я могу выдавать информацию только по частям. Это обязательное условие сделки. — Четыре месяца, — проговорил Тороп, — подумать только! Романенко качал головой как заведенный: — Честным соглашением это не назовешь. Ты говорил, что нужно съездить в Монреаль и вернуться оттуда. — Так и есть. Съездить и вернуться. Романенко побледнел. Это означало, что он в бешенстве. — Ты не сказал, что они должны оставаться на месте более трех месяцев. — Но я никогда не говорил и обратного. — Умолчание — это разновидность лжи. — Ерунда, полковник. |
