Прощайте, обворожительная Фантолетта!

Искренне надеюсь, что все окончится счастливо, и мне не раз еще предстоит иметь честь докучать Вам обществом верного друга и почтительного поклонника Великого Мага».

— Лиза, — пожаловалась Аленка сестре, — я тут не все слова понимаю. Он по-русски писал, по-иностранному или по-письменному?

Фантолетта укоризненно покосилась на девочек, покачала головой, но замечание им не сделала, а продолжила рассказ:

— Как бы я мечтала иметь письмо Великого Мага среди дорогих сердцу реликвий. Но увы! Едва я дочитала до конца, как бумага растаяла, оставив в воздухе лишь легкое благоухание.

— Вы простите, — перебила опять Лиза. — Во-первых, что случилось с Федей? Почему он в тюрьме? Как он туда попал? У вас там что, за один день уже и тюрьмы понастроили? Во-вторых, как вас правильно называть: с отчеством или тетя Фантолетта? А в-третьих, что же все-таки мы с Аленой должны сделать?

Фея немножко обиделась.

— Хорошо, Елизавета, — сказала она. — Я постараюсь ответить на твои вопросы полно, но кратко. Конечно, красоты стиля теперь не в моде. Да и лететь осталось совсем чуть-чуть.

Итак, Федора схватили слуги негодяя Ляпуса, когда мы готовились, улететь с Потаенной поляны. Поэтому очевидно, что часть наших планов — а, может, и не часть, кто знает, — известна врагам. Значит, среди нас, волшебников, оставшихся добрыми, есть предатель.

Должна признать, Федор Пафнутьевич дрался, как десяток разъяренных демонов, но противников было не счесть. Все же он сдержал их на полминуты, — как раз за это время я успела прочесть перевертелку и исчезнуть. Последнее, что я видела и слышала — как руки Федора опутало тройное заклятье, и кто-то из врагов кричал: «В тюрьму его! В замок!»

— Значит, они из какого-то замка сделали тюрьму, — догадалась Лиза. — Из какого же?

— Постараемся узнать это на месте, — ответила фея. — Да, если вы затрудняетесь обращаться ко мне, знайте, девочки, можете называть меня просто Фантолеттой и на вы. Именно так принято в Фантазилье.

И последнее: если нас сейчас не встретят друзья и окружат враги, будем стремиться попасть поскорее прямо во дворец к Ляпусу. Я прикинусь злобной ведьмой. Скажу, что привезла с Земли маленьких детей — двоих для начала — попробовать на них одурманивание и околдовывание. И пусть вас сколько угодно поят ядовитой газировкой: враги наверняка еще не знают, что для людей она безвредна. А тем временем постараемся войти в доверие к этому капюшонному подлецу. Вдруг удастся напоить его самого отравленным напитком, захватить над ним власть и приказать утопиться в Зеленом колодце. Тогда и народ Фантазильи и дети Земли будут спасены.

Вдруг ступа мягко толкнулась обо что-то и встала. Радуга мгновенно растаяла, синий цвет с боков сменился зеленым, и перед глазами путешественников предстал вполне живописный пейзаж.

Ступа стояла в центре круглой утоптанной площадки, на красноватой земле, чуть тронутой пухом редких седых былинок. От центра до края площадки было шагов десять. Вниз и вверх уходил пологий неровный склон, поросший невысоким кустарником. По склону спускалась узкая тропинка и с нее, угрожающе нагнув рогатую голову, наблюдал за путниками изрядной величины серенький козлик.

— Мама! — заорала Аленка и спряталась под столик.

— Скажите, пожалуйста, Фантолетта, — конфузясь, спросила Лиза, — вы не могли бы заколдовать эту козу? Ну, хотя бы сделать так, чтоб у нее пропали рога. Алена не любит, когда бодаются. Ее и так уже однажды на даче петух клюнул. Да и я… — она запнулась на миг и тихонько добавила: — Я тоже боюсь немного.