|
- Ты и прежде говорил так, Робин. Но этого не случилось. - Она вцепилась в жизнь с упорством, совершенно невероятным для человека в ее состоянии, - объяснил лорд, не осознавая зловещей двусмысленности своих слов. - Но конец близок, я знаю. Это вопрос нескольких дней. - Дней? - королева содрогнулась и подошла к краю террасы. Лорд следовал за ней. Какое-то время Елизавета молча стояла на месте, глядя на темную маслянистую поверхность воды. - Ведь вы любили ее одну, Робин? - спросила она странным неестественным голосом. - Я любил лишь одну женщину, - отвечал безупречный дамский угодник. - Но вы женились на ней и, говорят, по любви. Хорошо, пусть без любви, но это - брак. И вы можете так спокойно говорить о ее смерти? - голос королевы звучал печально. Она пыталась понять лорда Роберта и таким образом заглушить свои давние сомнения на его счет. - А кто виноват? Кто сделал меня таким? - он вновь смело обнял ее; стоя бок о бок, они смотрели сквозь сумрак вниз, на стремительные воды реки. Они-то и подсказали лорду образное сравнение. - Наша любовь - что бурный поток, - продолжал он. - Противиться ей, - значит попусту тратить силы. Короткая борьба, агония, а потом - гибель. - Но если отдаться на волю волн, вас унесет. - Унесет в страну счастья! - воскликнул Дадли и вновь запел свою старую песню: - Скажите, что, когда... что после всего я смогу называть вас моей. Не лукавьте с собой, послушайтесь голоса природы, и вы достигнете счастья. Елизавета взглянула на него снизу вверх, пытаясь в сумерках рассмотреть это миловидное лицо. Лорд заметил, как приподнялась и опала ее белая грудь. - Могу ли я верить тебе, Робин? Могу ли я верить тебе? Дай мне правдивый ответ, - взмолилась королева. Сейчас она была просто женщиной, восхитительно слабой женщиной. - А какой ответ дает вам ваше сердце? - произнес лорд, придвигаясь еще ближе и нависая над ней. - По-моему, да. Могу. Во всяком случае, должна. Я не в силах ничего сделать с собой. В конце концов, я всего лишь женщина, - пробормотала она и вздохнула. - Да будет так, как ты желаешь. Возвращайся ко мне свободным. Дадли склонился над ней, промямлил что-то бессвязное, и королева подняла руку, чтобы погладить его по смуглой, поросшей бородой щеке. - Я вознесу тебя к вершинам величия, недоступным ни одному мужчине в Англии, а ты дай мне счастье, какого не видать ни одной женщине. Лорд схватил ладонь Елизаветы и страстно припал к ней губами. Его ликующая душа пела победную песнь. Норфолк, Сассекс, остальная постнорожая братия - скоро он будет подзывать их к себе свистом, будто собачек. |
