|
— Спасибо! — сказал Орьелла и положил трубку. — Она сейчас придет, — произнес он, и буквально в ту же секунду Алексис — красивая девочка-блондинка с серьезными карими глазами и торжественным видом — появилась на пороге канцелярии и сказала:
— Извините меня, — а потом узнала Кареллу.
— Здравствуйте, мистер Карелла, — улыбнулась она. — Я — Алексис О'Доннелл, мы встречались с вами в прошлую субботу.
— Да, припоминаю, — сказал Карелла. — Как поживаете?
— Спасибо, чудесно, — ответила она и, поколебавшись, спросила: — Вы что-нибудь выяснили?
— Немного, — сказал он.
Алексис кивнула, о чем-то на мгновение задумалась, в глазах ее застыла печаль, как и в ту субботу, перед тем, как она расплакалась. На ней была голубая куртка с вышитой золотом школьной эмблемой на левом нагрудном кармане, плиссированная зеленая юбка-шотландка, голубые гольфы, коричневые прогулочные туфли; Карелла понял, что она пришла сюда прямо из школы. Девочка обернулась к Орьелле:
— Надеюсь, я не помешала, духовный отец?..
— Вовсе нет! — оживился Орьелла.
— Но мы не знаем… ребята из КМО… не знаем, что делать с танцами в пятницу вечером.
Она обратилась к Карелле:
— Каждый год в начале июня мы устраиваем большой танцевальный вечер. Мы его наметили задолго до этого.
А потом вновь к отцу Орьелле:
— В прошлую пятницу мы отменили обычные танцы, а сейчас даже не знаем, что делать. Мы не хотим поступать неуважительно к памяти отца Майкла, но он дал Глории чек, и она не знает, отдавать его Кенни или нет — для оркестра на пятницу.
— Какому Кенни? — спросил отец Орьелла.
— Кенни Уолшу, — сказала она. — Он руководитель «Бродяг». Этот оркестр должен играть в пятницу. Он просил задаток в сто долларов, и отец Майкл дал Глории чек, но сейчас мы не знаем, как быть.
Орьелла тихонько хмыкнул и, похоже, надолго задумался над этой проблемой. Потом спросил:
— Отец Майкл занимался подготовкой этих танцев?
— О да! — воскликнула Алексис. — По сути, это его идея: «Танцы Первого июня».
— С какой целью? — спросил Орьелла. — А как использовались доходы?
«Не в бровь, а в глаз! — усмехнулся Карелла. — Интересно, что бы подумал Артур Л. Фарнс, с которым случился припадок из-за менял в храме, что бы он подумал о новом пастыре?»
— Мы покупали корзинки для бедных, — сказала Алексис.
— Какие корзинки?
— Продуктовые корзинки, духовный отец. И разносили утром на Рождество.
— А-а, — удовлетворенно промычал Орьелла и, довольный, кивнул Марселле, та тоже кивнула в ответ.
— В прошлом году мы собрали примерно две тысячи долларов, — сказала Алексис.
— И ты говоришь, эти танцы в первый день июня — инициатива отца Майкла?
— О да, духовный отец. Это началось три года назад.
— В таком случае, я думаю, это будет вечер, достойный его памяти. В честь преданности отца Майкла нуждам его паствы. Отдайте Кенни его чек, — сказал Орьелла. — А я сам приду на танцы и дам свое благословение всем присутствующим.
— Спасибо вам, духовный отец, — сказала Алексис, — я передам Глории.
Она собралась уходить, когда в дверях позади нее появилась Марта Хеннесси. В маленькой канцелярии уже ступить было негде. |