– Кровь одесную?

– Справа, – не уточняя, сказал Данглар.

– С каких это пор есть кровь справа и кровь слева?

– Не знаю, – ответил Данглар, разливая всем вино.

Адамберг уперся подбородком в сложенные руки.

– Все это никак не вяжется с разрытыми могилами, – сказал он. – Кровь, половые органы и сердце можно взять и у свежепочившей девственницы. А три месяца спустя это, само собой, невозможно.

Данглар сморщился. Ему нравился интеллектуальный оборот, который принимала их беседа, но от ее содержания его мутило. Замогильное препарирование рецепта поселило в нем отвращение к великой и столь почитаемой им «De Sanctis reliquis».

– Что еще в могиле могло бы заинтересовать нашего ангела?

– Ногти, волосы, – предложил Жюстен.

– Для этого не обязательно убивать. Ногти и волосы можно отрезать у живых.

– В могиле еще есть кости, – попытал счастья Ламар.

– Например, тазовая кость? – сказал Жюстен. – Чаша плодородия? Дополняющая мужское начало?

– Было бы неплохо, Жюстен, но осквернители открыли только изголовье гроба, не забрав ни единой косточки.

– Мы в тупике, – заявил Данглар. – Пойдем дальше по тексту.

Вейренк послушно запустил механизм:

– «Растолчешь с крестом, в вечном древе живущим, прилегающим в том же количестве…»

‑ Ну, тут хотя бы понятно, – сказал Мордан. – Крест, в вечном древе живущий, – это распятие.

– Да, – сказал Данглар. – Фрагменты дерева якобы от настоящего креста продавались тысячами в качестве святых реликвий. Кальвин насчитал их столько, что, составь из них крест, его бы и триста человек не подняли.

– Что открывает нам простор для деятельности. Пусть кто‑нибудь из вас узнает, не была ли недавно, после того как медсестра сбежала из тюрьмы, ограблена рака, содержавшая фрагменты креста.

– Хорошо, – вызвался Меркаде.

По причине повышенной сонливости Меркаде часто поручали кропотливые поиски в базе данных, так как оперативная деятельность была для него почти немыслима.

– Надо также выяснить, не засветилась ли Кларисса Ланжевен между Менилем и Бошаном, возможно, под другим именем и давно. Возьмите фотографию и показывайте ее.

– Хорошо, – повторил Меркаде с той же эфемерной энергией.

– «Кларисса», – подсказал майор комиссару, – это ваша кровавая монахиня. Медсестру зовут Клер.

Адамберг бросил на Данглара удивленный, затуманенный взгляд.

– Ну да, – сказал он. – Странно, что я их спутал. Они как две половинки ореха в одной старой скорлупке.

Адамберг знаком попросил Вейренка продолжать.

– «…на одном месте, нимбом святого окруженном…»

‑ Это тоже просто, – уверенно произнес Данглар. – Речь идет о географическом секторе, ограниченном зоной влияния мощей святого. Это единство места, которое сопрягает разнообразные компоненты снадобья.

– То есть предполагается, что у святого есть радиус действия? – спросила Фруасси. – Как у передатчика?

– Это нигде не написано, но так принято думать. Паломники не ленятся преодолевать огромные расстояния, полагая, что чем ближе подойдешь к святому, тем сильнее будет его воздействие.

– Тогда ей надо собрать все компоненты неподалеку от Мениля, – сказал Вуазне.