— Что? — возмущенно воскликнула Хейвен. — Конечно, нет!

— Вы, случаем, не террористка?

— Шутите? Я из Теннесси!

— Ладно! — прервала ее Хейвен. — Я все поняла. Я не террористка.

— Ну, если так, то через служебный выход вы попадете на Бауэри-стрит. У нас там маленький дворик, мы его делим с магазином осветительной техники. Там охранники. Вы им скажите, что Джанин велела вас пропустить.

— Спасибо, — поблагодарила Хейвен.

— Не за что. Слушайте, а вы точно не хотите, чтобы я позвонила в полицию? Ну, мало ли?

— И что мы им скажем? Они ничего не смогут сделать, пока он просто ходит за мной. А мне что-то не очень хочется выяснять, что у него на уме.

— Верно подмечено, — кивнула продавщица. — Ну, за мной.

Хейвен взяла сумку с туфлями и пошла за Джанин. Через две минуты она поймала такси на Бауэри-стрит и поехала в гостиницу.

Не совсем оправившись после встречи с очередным преследователем, Хейвен стрелой промчалась по вестибюлю отеля «Уиндермер». Ей хотелось как можно скорее подняться наверх, в свой номер. Она так торопилась, что могла бы не заметить мужчину из поезда. Тот сидел в кожаном кресле. Он снова сделал вид, что не смотрит на нее, но Хейвен заметила, что в журнал, который он держал в руках, он не глядит. От страха у Хейвен слегка закружилась голова, но она все же решительно подошла к стойке администратора. Она уже начала говорить, и только потом поняла, что перед ней — вчерашняя нелюбезная администраторша.

— Мужчина преследует меня, — выдохнула Хейвен.

— Какой мужчина? — без тени тревоги осведомилась администраторша.

— Тот, который сидит в кресле под пальмой. Каштановые волосы, короткая стрижка, синий костюм.

В этот момент к тому, о ком она говорила, подошел другой мужчина, одетый точно так же. Они выглядели так, словно являются членами одной семьи или принадлежат к одной и той же секте. Они поговорили несколько секунд, а потом вместе вышли из гостиницы, не глядя на Хейвен.

— Прошу прощения, так какой мужчина вас преследует? — сердито спросила администраторша.

— Не важно, — буркнула в ответ Хейвен.

* * *

В половине восьмого Хейвен сидела на кровати в своем гостиничном номере. Она была одета и готова к выходу. Работал телевизор, был включен первый канал. Хейвен поглядывала на табло в нижнем левом углу экрана. В восемь двадцать пять она встала и посмотрелась в зеркало. Она основательно поработала над прической. А черное шелковое платье, которое они сшили вместе с Бью, сидело на ней просто великолепно. Хейвен нанесла на губы немного вишневого блеска. Она выглядела отлично. Даже красавчик-портье, которого она попросила вывести ее через служебный вход, наговорил ей кучу комплиментов.

У театра «Аполло» толпился народ. Вдоль алой ковровой дорожки, ведущей к входу, были натянуты бархатные шнуры. Хейвен целых пятнадцать минут протискивалась вперед. К тому времени, когда ей в живот врезался бархатный шнур, гости церемонии уже начали прибывать. Бью бы понравился этот парад кинозвезд и прочих знаменитостей, но Хейвен никто из них по-настоящему не интересовал. Звезды проходили мимо, а она не спускала глаз с конца процессии и искала знакомое лицо. Ей нужно было только хотя бы на несколько секунд встретиться взглядом с Йейном Морроу.

До девяти часов оставалось совсем немного времени, а он до сих пор не появился. У Хейвен разболелись ноги. Вереница знаменитостей становилась все тоньше, свет звезд мало-помалу угасал. Но вот наконец к дальнему краю ковровой дорожки подъехал черный «Мерседес» с тонированными стеклами. Распахнулась дверца, и из машины вышла, истерически хохоча, ослепительная девушка в короткой серебристой юбке.