Хейвен в ответ вяло пошевелила ногами.

— Я просто провожаю даму домой, — спокойно сообщил Йейн папарацци. — Она слишком много выпила.

— А это которая? — прозвучал голос первого мужчины. — Девушка из «Секрета Виктории» или модель «Шанель»?

— Я похож на человека, который рассказывает о тех, с кем целуется?

Фотографы рассмеялись.

— Ладно. Можете не отвечать на этот вопрос. Доброй ночи, джентльмены.

Хейвен почувствовала, что ее укладывают на сиденье. Дверца хлопнула, и вдруг стало тихо.

— Теперь можно снять, — сказал ей Йейн, и Хейвен выглянула из-под пиджака. — Окна тонированы. Никто ничего не увидит. Даже водитель.

Десятки мужчин и женщин с фотокамерами прижимали лица к стеклам, пытаясь разглядеть тех, кто находился в салоне машины. Щеки и носы распластывались по стеклу, и казалось, что в окна заглядывают не люди, а какие-то чудища.

Машина, взвизгнув тормозами, сорвалась с места. Хейвен с волнением смотрела на Йейна, сидевшего в профиль к ней. Он показался ей озабоченным. Он сдвинул брови, на его глаза легла тень. Он крепко сжал губы — словно запечатал, чтобы не сболтнуть лишнее. Сейчас рядом с Хейвен сидел не легкомысленный плейбой. На миг Йейн Морроу стал похож на человека, на плечах которого лежала тяжелая ноша.

— Что случилось? — спросила Хейвен, вдруг резко осознав, что не знает ничего о том, кто сидит рядом с ней.

— Не обращай на меня внимания, — успокоил ее Йейн и взял за руку. — Просто я не ожидал, что найду тебя так скоро. Я намеревался сначала разделаться с рядом препятствий.

— Прости, — проговорила Хейвен, боясь спросить, какие препятствия он имеет в виду. — Вечно я делаю все не вовремя.

— Тебе не за что извиняться. Я ждал тебя всю жизнь.

Мрачность Йейна развеялась и сменилась знакомой улыбкой. В эту чуть кривоватую улыбку Констанс влюбилась с первого взгляда, как только увидела Этана на Пьяцца Навона в Риме. Его лицо изменилось, но все же у Хейвен не было никаких сомнений, что оно принадлежит ее возлюбленному. Никому бы не удалось совместить в выражении лица злорадство, осторожность и храбрость. «Это Этан», — убеждала себя Хейвен. От этой мысли у нее так закружилась голова, что она порадовалась тому, что сидит, а не стоит.

— Ты вправду меня ждал? — спросила она.

— Посмотрим, смогу ли я тебе это доказать. — Йейн легонько толкнул Хейвен к спинке бархатного сиденья и снова поцеловал ее. Его руки гладили ее шелковое платье, но Хейвен не просила его перестать. Все ее тело пылало огнем, а когда рука Йейна легла на ее обнаженное бедро, ей показалось, что она сейчас лишится чувств от блаженства.

— Еще нет, — проговорила она вслух и удивилась — ведь ей показалось, что она об этом только подумала.

— Прости. — Йейн помог Хейвен сесть и поправить прическу. — Просто не сдержался. Знаешь, ждать девяносто лет — это очень долго.

ГЛАВА 30

Незадолго до парка на Вашингтон-сквер водитель Йейна остановил машину в начале мощеной дороги. Высокие кованые ворота перекрывали путь машинам и пешеходам в улочку длиной с квартал. За воротами стояли дома, казавшиеся особенно маленькими в сравнении с возвышавшимися за ними небоскребами. Это были коттеджи, поросшие плющом. Улочку освещали старомодные фонари, в заоконных ящиках цвели яркие цветы. Во всем этом было нечто очаровательно-антикварное. Словно из книги сказок вынули страничку с иллюстрацией. Табличка на ближайшем доме гласила: «ВАШИНГТОН-МЬЮС».

Хейвен вышла из машины и словно бы скользнула в прошлое. Все выглядело в точности как всегда. Помимо новенького сверкающего мотоскутера, стоявшего около одного из домов, никаких признаков двадцать первого века не было заметно.