Давеча Станислав Гагарин, когда они выбрались из подземной тюрьмы, расположенной на глубине двухсот метров под Москвою — проход через гостиницу «Пекин» открыл им полковник Мандюкевич, спросил у Вождя всех времен и народов:

— Книжку нашу в Иной Мир передали, Иосиф Виссарионович?

— Какую, понимаешь, книжку?

— Вы обещали отправить Лазарю Моисеевичу… С автографом, значит… От издателя. Книгу «Так говорил Каганович». Вы еще разгружать нам ее помогали. Не забыли?

— Товарищ Сталин ничего не забывает! — обиженно засопел Отец народов. — Но оказии, понимаешь, не случилось. Может быть, после дня Советской Армии, когда операцию, понимаешь, завершим…

— Мнение Кагановича хотелось бы узнать, — пояснил собственное нетерпение Станислав Гагарин.

Честно признаться, его интересовало вовсе не то, что думает Железный Лазарь о самой книге, ибо представляла она всего лишь расшифровку бесед Кагановича с Феликсом Чуевым, которые последний записал на магнитную ленту, а Станислав Гагарин перед тем как рукопись заслать в набор прошелся по ней редакторским пером, стараясь сохранить лексику и речевые особенности большевистского Мафусаила.

Станислав Гагарин стремился узнать, как оценивает Каганович статью писателя «Евангелие от Лазаря», которой сочинитель предварил книгу бесед со сталинским апостолом.

Разговор тогда начался в Звенигороде и внезапно оборвался: появился Агасфер и сообщил об очередном спуске под землю.

Через две недели, когда стало ясно, что в отношении якобы заложенного у стен Кремля фугаса им подкинули элементарную д е з у, когда они уже потеряли троих товарищей, но полны были решимости сорвать операцию «Most», сократившаяся группа собралась в Астраханском переулке.

После обсуждения информации, которую сообщил Фарст Кибел — террористы будут стрелять, используя одно из зданий на Манежной площади — Вечный Жид сказал Папе Стиву:

— Все еще маетесь по поводу мнения Кагановича? Смею думать: книга ему понравится…

— Хотелось бы это от него услышать…

— No problems, — отозвался Агасфер. — Пары часов вам хватит?

— На какую потребность? — спросил Станислав Гагарин.

— Отправляйтесь к Лазарю Моисеевичу сами… Лично и «Беседы» вручите. Старику будет приятно. Не знаю, как товарищу Сталину, а мне ваше «Евангелие от Лазаря» пришлось по душе.

— Настоящая, понимаешь, программа действий для патриотов! — воскликнул Иосиф Виссарионович. — Ради одного предисловия к книге «Так, понимаешь, говорил Каганович» я перепечатал бы издание миллионным, понимаешь, тиражом.

— Вот вернетесь к власти и дайте команду, — полушутливо огрызнулся Станислав Гагарин.

— Не надо дерзить, понимаешь, старшим, молодой человек, — наставительно поднял указательный палец вождь.

Но было видно, что Отец народов вовсе не обиделся и, вернувшись к власти, растиражирует исповедь собственного апостола, а заодно и предисловие к ней Станислава Гагарина.

Каганович был растроган. Подарок ему понравился.

— Как он там, на Земле? — спросил старый п у т е е ц  о Феликсе Чуеве, когда они расположились с писателем у Лазаря Моисеевича в горнице. — Не болеет, не бедствует? Славно мы тогда беседовали с ним в годы п е р е с т р о й к и… Я ведь сразу ее определил, как грандиозную акцию ЦРУ.

— Об этом сейчас разве что глухой не слыхал и слепой не видит, — вздохнул Станислав Гагарин.