«Если Агасфер ухитряется наделять пророков автомобилями от щедрот министерства безопасности, — подумал сочинитель, — то не проще главную проблему решить непосредственно с крутыми парнями сей старой доброй фирмы?»

На шоссе философ и государственный деятель из древнекитайского царства Лу развил бешеную скорость, и приподнявшийся сочинитель, оглядываясь назад, не сумел рассмотреть преследовавшую машину.

— Расслабьтесь, Папа Стив, — чуточку насмешливо сказал Кун-фу-цзы, не снижая скорость и лихо обходя слева тех, кто не поспевал за их автомобилем. — Опасность миновала. Сейчас свернем в Солнцево. Там ждет подстава. Пора менять лошадей…

До Солнцева они домчались в мгновение ока, почти не уменьшая скорости, резко вписались в поворот, и когда из стоявшего уже на солнцевском отростке милицейского г а з и к а выскочили двое омоновцев с короткими автоматами в руках и попытались выстрелами остановить пророка с Папой Стивом, Конфуций, не задумываясь, сбил обоих и помчался навстречу растущим кварталам подмосковного города-спутника.

— Чуть-чуть опоздали, — передал сочинителю адский водитель. — Досадная опечатка, партайгеноссе писатель.

На одном из перекрестков их вновь встретила засада. Теперь за черной в о л г о й гнались уже три машины: гаишный ж и г у л ь, округлая, похожая на гигантскую букашку т о й е т а  и наглый, то и дело пытающийся обогнать их ярко-желтый л э н д р о в е р.

«Спасти Гагарина! Спасти Гагарина!» — застучало вдруг в сознании председателя, и сочинитель не сразу догадался, что это пробилась к нему воспаленная мысль Конфуция, который лихорадочно искал варианты выхода из смертельно опасного положения.

— Слушайте внимательно! — протелепатировал водитель пассажиру. — Кажется, мы попались… Но дело поправимо. Сейчас я воткнусь в переулок. Переулок тупиковый, в конце большие сугробы. Я резко торможу… У вас доля секунды. Вываливайтесь в снег и сразу за сугроб. Там и полежите, пока я не отвлеку драконов.

Станислав Гагарин ничего не ответил. Он ясно осознавал, что в заварившейся катавасии ему отведена пассивная роль статиста. Ну разве что свидетеля…

«Или жертвы», — горько усмехнулся сочинитель, примиряясь с тем, что хотя бы некоторым образом не в состоянии был повлиять на события.

На мгновение Конфуцию удалось оторваться от преследователей, и когда они были еще за углом квартала, он резко свернул направо, в тупик, потом еще раз направо — в глухой двор многоэтажного дома. Лихо крутнувшись, в о л г а едва не ударилась правым бортом об высокую кучу снега, собранного, видимо, с проезжей части улицы.

— Прыгайте! — крикнул почтенный учитель Кун.

Молодой китаец чуточку продвинулся, чтоб открылась правая задняя дверца, через которую Станислав Гагарин вывалился наружу.

От резкого порыва сочинитель не удержался на ногах и приложился о порядком заледенелый снег. Тем не менее, подхватив к е й с, председатель Товарищества рывком одолел сугроб и прижался к нему плашмя уже на другой стороне.

Оставленная им в о л г а форсажно взревела шведским двигателем и вымелась из глухого двора.

Через несколько минут до лежавшего ничком за сугробом Станислава Гагарина донесся приглушенный расстоянием характерный треск автоматной очереди.

Приподняв голову, сочинитель осмотрелся, затем, помогая себе локтями, неловко сполз по склону затвердевшего сугроба туда, где только что затормозил доставивший его сюда автомобиль.