— А как же, — жестко ухмыльнулся он, скосив черные глазищи на Сивку.

— Только попробуй! — нахмурилась я. И, подумав, добавила: — Он нечаянно.

От такой наглой лжи фыркнул не только колдун, но и Сивка. Я сделала вид, что не заметила:

— Пить хочешь? — Колдун кивнул. Я снова залезла в седельные сумки и вытащила оттуда маленькую фарфоровую чашечку, заколдованную от разбивания. Незаменимая вещь в походе. Пришлось черпать пять раз, пока колдун напился. Все-таки чашка была маловата для мужчины — ровно на два глотка.

— Ты земная ведьма? — спросил Змий, напившись. Он снял рубашку со лба, развернул ее, осмотрел с двух сторон, хмыкнул и вернул мне.

— Да, земная, — слегка покраснев почему-то, я выхватила свою одежку из рук колдуна и быстро спрятала в суму.

— А конь?..

— Нет, — раздраженно ответила я. — Он — не земная ведьма.

Сивка стал за моей спиной, грозный как царь на военном параде. Змий ухмыльнулся и поднялся на ноги. Его слегка покачивало, как после ведра медовухи на голодный желудок. Не задумываясь, я подставила плечо. Колдун, найдя точку опоры, аккуратно ощупал лоб, несколько мгновений постоял, не двигаясь, видимо проводя сеанс самолечения, а потом отстранился.

— Все нормально, — ответил он. — Но лошадку свою ко мне лучше не подпускай. Второго удара я ей не забуду.

— Сам виноват, — грозно сощурилась я. Не люблю, когда мне угрожают.

— Да ладно! — махнул рукой Змий. — Я-то пошутить хотел.

На мгновение мы встретились взглядами, и я заметила искорки насмешки в бездонных черных глазах. Покачав головой, я с ходу прыгнула на спину Сивке и повернула его к лагерю, одновременно наводя на себя личину старушки.

— Не хочешь рассказать, зачем этот маскарад со сменой облика? — заинтересованно спросил колдун.

— Нет, — отрезала я, ударяя Сивку каблуками.

— Ну, нет так нет, — усмехнулся колдун и неторопливо зашагал за нами. Лоб побаливал, но уже не так сильно. Жить было можно.

8

Елисея я подняла чувствительным пинком. Царевич долго потирал ушибленное мягкое место, злобно косясь в мою сторону.

— Я нечаянно, — отрезала я его попытки выяснить отношения, и, видимо, из уважения к моему возрасту, мне поверили.

Завтракали рыбой. Оказалось, что Змий утром не только экспериментировал с моей внешностью, но и рыбачил. Когда мы, наконец, были готовы продолжить путь, солнце стояло в зените.

— Ничего, — бодро заявил Елисей, глядя на мое рассерженное лицо. — Ночью нагоним.

Я скривилась.

— Наш гость, царевич, будет рядом бежать? Или твоя кобылка потянет двоих?

— Не волнуйся за это, бабушка, — ответил Змий. — У меня свой транспорт.

Колдун дунул, топнул, трижды свистнул и прямо перед ним, словно из-под земли, вынырнула ослепительно черная лошадь.

— Какой красивый конь, — прошептала в восторге я.

— Это кобыла, — так же тихо поправил Сивка.

— Не может быть! Она слишком большая для кобылы…

— Тебе уже за триста, а ты до сих пор мальчиков от девушек по росту отличаешь? — насмешливо ответили мне. Я только усмехнулась, направляя Сивку вслед за Змием. Елисей пристроился рядом, периодически вырываясь вперед.

За три дня пути царевич успел разболтать Змию все, что знал. И о себе, и обо мне и о дворцовых сплетнях и о тайных замыслах своего батюшки.