Изменить размер шрифта - +
Не дикой, как земляника или одуванчики. Там был хлеб, жареная рыба и медовуха.

— О! — сказала Вася. Она оторвала кусочек лепешки, дала ему, другой кусок дала обиженной Пожаре, а третий взяла себе. — Где ты это взял? — спросила она, жуя.

— Там есть люди, — сказал дед Гриб. Вася подняла голову и увидела сияние огней за деревьями. Пожара попятилась, нервно раздувая ноздри. — Но вам не стоит подходить, — добавил дух — гриб.

— Почему? — растерялась Вася.

— Они ночуют у реки, — сказал сухо дед Гриб. — И водяной хочет их убить.

— Убить? — сказала Вася. — Как? Зачем?

— Водой и страхом, полагаю, — сказал дед Гриб. — Как еще он убивает? Ему, наверное, сказал Медведь. Многие водные создания его, и он распространяет силу по Руси. Уйдем.

Вася мешкала. Ее беспокоила не жалость к людям, которые утонут во сне. Она не понимала, почему Медведь хотел убить именно этих людей. В полночь вела близость. Что за близость притянула ее сюда? Сейчас? Она посмотрела на деревья. Столько огней. Людей там было много.

Вася услышала знакомый гул, будто лошади бежали почти галопом по камням. Но это были не лошади.

Звук все решил для нее. Она отдала лукошко деду Грибу.

— Оставайтесь тут. Оба, — сказала она лошади и духу — грибу. Вася побежала к сиянию костров, стала кричать в темноте. — Эй! Народ! Просыпайтесь! Вставайте! Река разливается!

Она бежала и скользила по склону холма, у которого они разбили лагерь. Лошади дергали поводья, они знали, что происходило. Вася разрезала их поводья, и они убежали на возвышенность.

Тяжелая ладонь опустилась на плечо Васи.

— Воруем лошадей, малец? — спросил мужчина, его ладонь сжалась, от нее воняло чесноком и гнилыми зубами.

Вася отпрянула. Она испугалась бы его, прикосновение и запах вызывали болезненные воспоминания. Но сейчас у нее были тревоги важнее.

— Я похож на вора? Я спас ваших лошадей. Слушайте. Река разливается.

Мужчина посмотрел, волна черной воды поднялась по течению, двигалась мимо них. Впадину, где они устроились на ночлег, тут же затопило. Мужчины, просыпаясь, вскакивали, бежали и кричали во тьме. Вода прибывала ужасно быстро, будила людей и пугала их.

Один мужчина кричал приказы:

— Сначала серебро! — крикнул он. — Потом лошади!

Но вода приближалась все быстрее. Мужчину унесло потоком, потом другого. Многие добрались до возвышенности. Но тот, кто кричал приказы, остался в воде.

Вася смотрела, а водяной, король реки, вырвался из воды перед ним.

Мужчина не видел черта. Но он отпрянул из инстинкта, чуть не утонув.

— Князь? — сказал водяной. Его смех был грохотом камней. — Я был королем, когда царевичи возились в грязи моей реки и бросали своих дочерей, чтобы добиться моего расположения. Тони.

Черная вода сбила мужчину с ног.

Вася забралась на дерево, вода бушевала внизу. Она прыгнула с ветки в поток. Вода подхватила ее с поразительной силой, и она ощущала гнев водяного там.

В ее венах была та же сила, что сломала прутья ее клетки в Москве. Она уже не хотела спать.

Лидер лагеря вынырнул, вдохнул. Мужчины кричали ему сверху, ругали друг друга. Вася проплыла три взмаха руки, пересекая поток. Лидер был крупным, но мог немного плыть. Она подхватила его под руки, оттолкнулась и вытащила его на берег. Боль пронзила ее еще не зажившие ребра.

Мужчина лежал в грязи, глядел на нее. Она слышала людей со всех сторон, но молчала. Она повернулась и нырнула в воду, оставив мужчину на берегу смотреть ей вслед.

 

Ее унесло течением, пока она не впилась в камень посередине.

Быстрый переход