Изольда добралась до хижины, но Гретчии нигде не было видно.

– Изольда!

Взгляд девушки метнулся вправо. Альма мчалась к ней верхом на неоседланной кобыле. Коричневые бока гнедой были почти неразличимы в темноте, как и черное платье Альмы.

Девушка притормозила, чтобы Изольда взобралась и села впереди нее. На спине у ведьмы болтался традиционный щит номатси – деревянный квадрат, который обычно защищал кочевников в пути.

Альма пустила лошадь в галоп по направлению к воротам. Нити племени натянулись сильнее и запульсировали. Люди знали, что их обманули.

Вот почему в сторону девушек полетели камни, а воздух наполнился отчетливым звоном натянутых луков и ревом Корланта:

– Остановите их! Убейте их!

Но Изольда и Альма были уже у дубов, росших вдоль стен. Камни попадали по стволам деревьев, стрелы запутывались в ветвях, а какие-то вонзались в щит Альмы.

– Где мама? – крикнула Изольда.

Ворота стремительно приближались. Они вот-вот захлопнутся… Нет. Не успели. Ворота треснули и снова начали открываться.

Альма направила лошадь в расширяющийся проем. Гнедая чуть свернула в сторону и подставила бок под летящие стрелы. Что-то тут же попало в руку Изольды.

Удар оказался таким сильным, что Альма чудом успела подхватить девушку и не дать ей упасть на землю. Изольда не сразу поняла, что это было – может быть, камень… Боль пульсировала и нарастала. Девушка опустила глаза и с тревогой обнаружила, что в руку чуть повыше локтя вонзилась стрела. Торчало только кедровое древко с черно-белыми петушиными перьями на конце.

Бросив взгляд назад, она увидела Корланта, отвесившего ей насмешливый поклон. Его лицо в лунном свете сияло от удовольствия. И тут Альма пронзительно закричала прямо в ухо:

– Держись крепче!

Изольда отвернулась и вцепилась в гриву, пока они галопом скакали по лугу, а сквозь приоткрытые ворота доносились крики соплеменников. Девушка сжимала бока коня ногами, а кончики пальцев задрала вверх, как учила мать.

Мама.

Изольда прищурилась, и ей показалось, что она видит впереди фигурку женщины верхом на коне, а чуть позади несся еще один силуэт помельче – Рык. Должно быть, это Гретчия проломила для них ворота и поскакала вперед, доверив Альме вывезти Изольду.

«Корлант явно понял, что мы с Альмой задумали», – вот что сказала Гретчия. Значит, у них был план против Корланта, который жаждал смерти Изольды, хоть она и не могла понять почему.

На какое-то мгновение девушка пожалела, что вместо колдуна крови ей пришлось разбираться с Корлантом и всем племенем. Но эта мысль быстро ушла. По крайней мере она осталась в живых. Если бы колдун крови стрелял в нее, он вряд ли бы промахнулся.

Хотя Корлант тоже почти попал. Если бы стрела вонзилась тремя дюймами левее, то оказалась бы в груди Изольды. А если на дюйм правее – попала бы в артерию, и девушка истекла бы кровью.

Так что Изольда мысленно поблагодарила Всеблагую Луну, освещавшую им путь, и вознесла молитву о том, чтобы Сафи ее дождалась.

А колдун крови – нет.

Глава 11

Колдун крови Аэдуан отчаянно скучал. Он вращал запястьями, то сгибал, то разгибал пальцы, шевелил лодыжками – делал все, чтобы держать мускулы в готовности, а нервы – в узде.

Но прошло уже четыре часа с того момента, как он растянулся на стропилах на чердаке под крышей замка дожа. Колдун уже давно скинул капюшон и даже расстегнул застежку плаща под горлом. Но поскольку его видели только шестнадцать таких же наемников, растянувшихся на стропилах неподалеку, да еще семейство воркующих голубей в гнезде рядом с ним, монах не боялся, что жалоба на крамольное отступление от строгих правил ношения одежды дойдет до стен кар-авенского монастыря.