— Значит, даже если физрук мертв, то все равно есть шанс…

— Нет, — сказал Кевин. — Это будет уже не физрук. Настоящий бог кровавого возмездия, внешне очень похожий на прежнего, но без его бэкграунда. Без его воспоминаний, без его личных качеств. Он просто будет мстить.

— Кроваво, — уточнил Магистр.

— И разумеется, те, кто заказал убийство предыдущего бога, не хотят попасть под удар, — сказал Кевин. — Чтобы подстраховаться, им нужно уничтожить физрука не только на физическом уровне. Им нужно уничтожить его наследие.

— Но если…

— Нет, — сказал Магистр. — Я понимаю, о чем ты думаешь, но нет. Это игра, в которой есть респауны, но если человек… или бог, не так уж важно, перешел порог, обратно он уже не вернется.

— Да и потом, откровенно говоря, в рамках Системы Василий был не самым значимым богом, — сказал Кевин. — Далеко не факт, что верующих наберется достаточно для создания запроса, который может преодолеть порог.

— Но они так не думали, — возразил я.

— Они перестраховались, — сказал Кевин. — Это такой случай, когда лишних предосторожностей не бывает.

— Вот, — сказал гоблин, останавливаясь и указывая рукой вперед. — Мы придти.

— Вы трогали что-нибудь на месте драки? — спросил Магистр.

— Нет. Мы бояться.

— Правильно делаете, — сказал Магистр. — Можешь идти. Но если что, помни, мы знаем, где ты живешь.

Гоблин кивнул и мгновенно испарился в проходе, довольный, что его не начали бить-убивать прямо сейчас.

— Входить аккуратно, — сказал Магистр. — Я смотреть влево, ты смотреть вправо… Тьфу ты, зараза! В общем, осмотримся, а там уже начнем какие-то выводы делать.

Они вошли первыми, я за ними.

Я не знаю, как выглядел общий зал зеленых гоблинов раньше, но сейчас он выглядел так, будто в нем восемь конкурирующих команд викингов билось. Вся мебель, если это можно было назвать мебелью и при жизни, в щепки, на стенах трещины, половина факелов срублена и не горит… Тел гоблинов тут не было, но это и неудивительно, они же отреспились.

А вот лужи крови были.

— Хорошо, что игроки сюда не ходят и ничего об этом не знают, — сказал Магистр. — А то бы тут от этих деятелей уже не протолкнуться было бы. Соскобы бы кинулись делать и в скляночки свои пихать. Божественная кровь — безумно дорогой ингредиент. Сколько сейчас на черном рынке один грамм стоит?

— Не знаю, — сказал Кевин. — Я убивал богов, но никогда не торговал их останками.

— Это потому что ты — человек не меркантильный, — сказал Магистр.

Я пошел вдоль стены, лишь вполуха прислушиваясь к их разговору. Ну, Кевин убивал богов, как-то это уже не особо удивительно.

Убивал и убивал, делов-то…

Я смотрел по сторонам, видел эту разруху и не мог поверить, что физрук принял свой последний бой вот здесь, посреди этого убожества. Физрук, сокрушавший миры, уничтожавший планеты, бросивший вызов безумному Вычислителю, убивавший Архитекторов, выживший в том безумии и хаосе нашел свое последнее пристанище в Подземелье Зеленых Гоблинов, предназначенном для низкоуровневых игроков.

Не так должна была закончиться его история.

Если ему и суждено было умереть, то на пике, на волне славы, в отчаянной схватке за судьбы галактики…

Разрез в стене напоминал след от удара “призрачного клинка”. Но это же магия, пусть уже и божественного уровня, а на Кристофа никакая магия не действует.