Зверев утром, пройдя на территорию соседа, обнаружил непоправимое.

— Что я вижу? Скорбь у тела усопшего друга? Там, в параллельных мирах, у него уже очередное рандеву с призрачной киской.

— Будем хоронить, — распорядился Курбаши и пошел за лопатой.

Он копал долго, увлекся, и Звереву пришлось его остановить:

— Такой глубины копать рановато.

Курбаши спроворил гробик, как для младенца, из заветной кедровой доски, дно ямы выстелил травой и листьями. После этого Зверев отобрал у него лопату и сам завершил тягостный обряд.

Они вернулись в дом, сели на кухне.

— И кто бы это мог быть? — поинтересовался Зверев.

— Известно кто. Новый русский Ковров.

— И почему он новый?

— Магазинчик у него недалеко. Развлекается тем, что отстреливает котов из пневматического пистолета, ставит на них капканы, может из баллоника пыхнуть.

— Зачем?

— Не любит.

— Что он еще не любит?

— Трудно сказать. У тебя бандитов знакомых нет, Юра?

— Откуда? — слукавил Зверев.

— Я бы заплатил.

— А где он живет? Какая охрана?

— Какая охрана? Он еще маленький гад. Магазинщик.

— Уже не маленький. Ячейка капитализма. Молекула реформ. Вот ты в кооперативах работал когда?

— Зачем мне кооперативы? Меня фабрика кормила. Военная угроза. Противостояние.

— То-то же. А он в противостоянии не участвовал, наверное. Кем был-то?

— Торговым. В их сфере.

— Значит, профиль не сменил?

— Что мы это занудство опять завели? Вот ты, Юра, метростроевцем был, так?

— Так, — подтвердил Зверев свою легенду. Он достаточно серьезно овладел теорией метростроительсгва. В подземелье у него было много свободного времени.

— А давай и мы его отравим, — предложил без всякого перехода Курбаши.

— Отчего у тебя кликуха такая?

— Опять же с фабрики. Долго рассказывать. Давай отравим? Кто сейчас искать будет, кто разбираться.

— Разберутся, — объявил Зверев решительно, — он чем его отравил?

— Рыбой. Видели, как он Коровушку мойвой угощал. Она по сей день лежит в траве.

— А ну, пошли, — приказал Зверев.

И действительно, они подобрали недалеко от магазинчика Коврова граммов двести мойвы. Брюшко у каждой было подпорото, и в каждую был вложен белый порошок. Зверев растер его пальцами, понюхал.

— Ты был прав, мой юный друг. Потом, рыба совсем свежая, а дней прошло много. Значит, он район зачищает от котов и собак. Основательный хозяин. А как насчет крыс?

— Давай его заставим дохлую крысу сожрать. Я видал в кино.

— Это не убедительно. У тебя оружие есть?

— Имеется бердана.

— Это что еще такое?

— Да баловство одно. «ТОЗ-54». Мелкашка.

— А разрешение?

— Откуда? Я ее в школьном тире украл. Лет двадцать назад.

— Отлично. А патроны?

— Естественно, есть.

— Тогда пошли.

— Куда?

— Составлять план операции.

От долгого безделья и постижения смысла бытия Зверев потерял осторожность.