- Мальчик!.. - прорычал атлан. - Я сказал - незаметно пометь! Чтобы я не знал!

- Я и пометил незаметно... - сконфуженно пробормотал парень. - Одну. А одну - заметно. Вы же не говорили, чтобы я пометил незаметно обе... Если обе пометить незаметно, так ведь пометку можно и не заметить...

- Дитя природы... - прорычал атлан, но сердиться больше не смог, потому что исследовательская душа его, окрыленная неожиданным успехом, готова была петь и приплясывать не хуже Делмара.

Еще через минуту волшебник уверенно ткнул пальцем в непомеченную камидию:

- Эта с жемчужиной.

- Точно!!!

- Давай еще раз! Стирай свои... незаметные метки...

Но и еще один раз, и еще другой и еще третий безошибочно указывали на раковину с сокровищем внутри.

- Бвана белый шаман? Можно ее доставать? - обеими руками прижимая к груди моллюсков, юный узамбарец благоговейно воззрился на чародея.

- Можно, - кивнул атан.

'Только не я' успело сорваться с губ мальчика первым.

Маг одарил клиента кислым взглядом, поморщился, отыскал нож в куче подарков, усилиями Делмара снова занявших поставленный на ноги стол, и осторожно попытался вставить лезвие между створками камидии.

Раздался легкий хруст - словно раздавили яичную скорлупу - и в ладони Анчара оказалась многоцветная горка осколков. А напряженную, испуганную тишину заполнила нежная проникновенная мелодия - словно Лазурный Пастух Вечер выманивал своей дудочкой русалок из океанских глубин: посидеть с ним на прибрежных камнях, проводить закат и подумать о бескрайнем.

Люди растерянно переглянулись, ощущая, как тихая радость и умиротворение зарождаются и медленно расцветают в их сердцах. Чувствуя, как с каждой прошедшей секундой беспокойство, страхи и обиды вымываются из их душ, словно прозрачным хрустальным ручьем, они дышали свободнее - и невольно улыбались. В глазах Делмара блеснули слезы - печаль то ли о беспутном отце, то ли о погибшей красоте...

Дверь хижины скрипнула вдруг, разрушая невесомое чудо, и отворилась.

Парнишка опомнился, спохватился, схватил уцелевшую камидию, другой рукой сгреб с ладони волшебника жемчужину и бросился к выходу, едва не сбивая с ног нового посетителя.

- Да благословит вас Большой Полуденный Жираф!..

- Что это было? - опасливо оглянувшись по сторонам, не несется ли на него еще кто или что-нибудь - в жилище мага-экспериментатора и не такое можно иногда встретить - Мокеле Мбембе отлепил себя от стены и недоуменно приподнял брови.

- Клиент, - вложив в ответ столько ехидства, сколько у него обычно хватало на три года и еще неделю, ответил атлан.

- А я вижу, ты преуспеваешь! - хитро прищурился завкафедры, окинув взглядом заваленный трофеями стол, и потянул носом. - И поесть приготовить успел... Рыбка... М-м-м-м... с корочкой... Ты просто волшебник! А я как раз пообедал... целый час назад. Можно бы уже и подкрепиться перед ужином. Если ты понимаешь мой намек.

Анчар вспомнил про самопроизвольно поджарившегося тунца, подумал, что креветки тоже могли бы как-нибудь самостоятельно почиститься и свариться, но нет в жизни счастья, кто бы сомневался - и пригласил друга присесть, пока он в куче даров отыщет что-нибудь, что могло бы сойти за тарелки.

- Ну, рассказывай, белый шаман, - хихикнул Мокеле, энергично потирая руки. - Как прошел день?

Анчар прервал раскопки и яростно тряхнул головой, попутно обнаружив, что боль уже не топчется подкованными сапогами по измученным мозгам.

- По-идиотски!

- Это как? - заинтересованно хмыкнул старый маг.

- Они все тут сумасшедшие! - взорвался атлан. - Представить невозможно, какой ерунды я сегодня еще не налепил - за что мне отдельный позор, но пусть это будет на твоей совести!..

- Какой ерунды? - откинувшись на спинку стула и предвкушая нечто феерическое, спросил Мокеле.

- Средство для попадания в цель гарпуна мужа одной торговки! - сердито принялся загибать пальцы Анчар.