Кажется, отец в таких случаях говорил 'кабуча'?

Но отсюда вытекает, что при любом только что упомянутом способе проникновений внутрь злоумышленник получает возможность лишить хозяина склада его имущества! И он, Каменный Великан, будет виноват!

Или не виноват?

Ведь хозяин склада приказал ему следить только за воротами!..

Значит ли это, что хозяину склада не пришло в голову, как можно иными путями попасть внутрь?

Или пришло, но он не сказал об этом?

Но, в таком случае получается, что он сознательно обрекал сам себя на материальные потери. Следовательно, этот вариант исключается, и остается первый.

Но если расставить приоритеты, то самый важный вопрос из вновь возникших таков: возможно ли, что другим людям, от которых его поставили склад охранять, такая идея тоже может прийти в голову?

Но если они придумают такой способ проникновения вовнутрь, и если он, Велик, будет следить только за воротами, то это будет означать, что выполняя в точности приказ, он сам себе не позволит достигнуть поставленной перед ним цели!

Это опять трень?.. дрынь?..

Кабуча.

Рука Кашила дернулась, долото сорвалось и с глухим стуком упало на обломки кирпича.

- Он идет сюда!!! - едва не подвывая от страха, пискнул воришка.

- Да никто никуда не идет! - сердито прокряхтел Изуба, налегая на лом, едва проникший в щель между кирпичами.

Кто бы мог подумать, что на ограбление - и тем более, на ненастоящее - может уходить столько же сил, как на работу!..

- Он идет! Перестань пыхтеть и разуй уши!

Изуба оставил неподатливый кирпич в покое, откинул со вспотевшего лица длинные, до середины спины косички, затаил дыхание, и действительно услышал, как из самого дальнего конца складов, утопленного в непроглядном мраке, донесся непонятный стук и треск.

- Чего это он там? - нервно прошептал вор.

- Почем я з-знаю, - дернулась щека Кашила. - Тоже стену курочит?

Изуба вспомнил про свои мозоли, перенапряженные мускулы, ноющую поясницу, и с языка невольно сорвалось:

- Я бы ему спасибо сказал.

- Тс-с!.. - палец метнулся к губам Кашила.

Воры замолкли и прислушались.

Шум как будто бы прекратился.

- Ушел? - неуверенно проговорил рыжий.

- Кажись, да... - отозвался длинноволосый.

- А чего он там делал все-таки?

- Сходи, погляди, если интересно, - буркнул Изуба.

- Сам сходи... - вяло огрызнулся Кашил и принялся нащупывать на земле уроненное долото.

Но не успели они отыскать свои отметины на стене, как с дальнего конца склада снова донеслись тяжелые шаги, остановившиеся метрах в ста от них, затем - подозрительный хруст, и снова шаги...

- Я не могу работать... то есть, грабить в таких условиях! - швырнул наземь только что обретенный инструмент рыжий вор. - Он это специально делает! Потому что он - каменюка долбленная!

- Поменьше трепись, побыстрее руками шевели! - рыкнул тихо Изуба, хотя в глубине души придерживался точно такого же мнения.

- Еще один умник нашелся!.. - на грани истерики прошипел Кашил, но долото принялся нащупывать с удвоенной скоростью.

Через пять минут тяжелая поступь каменного гиганта донеслась снова, и на этот раз останавливаться поодаль, кажется, не собиралась.

- Он идет сюда!!! - пискнул Кашил, сжимая долото как нож - и его соучастник, в кои-то веки, спорить с ним не стал.

- Чтоб его термиты съели... Бежим!!!

И две фигуры, пригибаясь и проклиная окаянного истукана на чем Белый Свет держится, рванули через пустырь в ближайший переулок.

То, что произошло дальше, жуликам не смогло бы привидеться и в страшном сне.

При свете недогрызенной Большим Полуденным Жирафом Луны они увидели, как из темноты выступило нечто, больше всего напоминающее ходячую гору, и внезапно обрушилось у стены.