Это приглашение было странным, но из всех трийских военачальников, с которыми был знаком Ричиус, он ощущал родство с одним только Карлазом. Может быть, именно поэтому остальные военачальники всегда сторонились его: он был совершенно на них непохож. Ричиус медлил между конем и озерцом, пытаясь придумать, что сказать. Он не мог объяснить себе, почему он приехал к Карлазу. Ему просто нужно было общество. Как это ни удивительно, но Карлаз, похоже, прочел его мысли. Он встал с колен и быстро подошел к Ричиусу.

– Люсилер – хороший человек, – сказал он. – Я ему доверяю. Но сейчас он занят важными делами. Остальные военачальники – они ищут у него решения их глупых ссор. Они заставляют его тратить время на чепуху. У него нет на тебя времени. И это тебя угнетает.

Ричиус засмеялся. Возможно, Карлаз был волшебником!

– Да, – признался он. – Кажется, это правда. Я чувствую себя одиноким. Я не триец, я не на месте. И…

Он замолчал, соображая, следует ли ему говорить дальше. Военачальник вопросительно наклонил голову:

– И?…

– Меня преследуют сны, – сказал Ричиус. – Страшные сны. О доме. О моей первой жене, Сабрине. Все это во мне – и рвется наружу. С тех пор как закончилась война с Наром, я ничего не сделал для моего народа в Арамуре. Они считают, что я их предал. И они правы. Сабрина умерла из-за меня. – Он отвел взгляд, ужасаясь тому, что говорит. – Я проклят, Карлаз. Все, кто доверяется мне, гибнут, но я всегда остаюсь жив. Это мое проклятие – жить, когда все остальные умирают.

Карлаз нахмурил лоб.

– Нарцы суеверны. Проклятия и предзнаменования – это чепуха. Тебе нехорошо так говорить. Я знаю про твою жену, Кэлак, про те жестокости, которые они с ней сотворили. Твое отмщение должно быть сильным. Ты и должен чувствовать гнев. Это то, что должен испытывать мужчина.

– Гнев кричит во мне, Карлаз. Иногда я больше ни о чем не могу думать. Мне необходимо что-то делать для Арамура, мне надо как-то отомстить за Сабрину.

– Но ты отомстил за нее! – ответил Карлаз. – Я слышал историю о человеке с железным лицом – о том, которого звали Гэйл. Вы сражались, и ты его убил. Она отомщена, Кэлак. Ты не можешь убить человека дважды.

– Если бы мог, то убил бы! – прорычал Ричиус.

Он был бы счастлив снова получить это удовольствие. Он часто вспоминал, как его меч врезался в череп Гэйла и какое удивленное выражение появилось на лице барона. Но Блэк-вуд Гэйл был всего лишь пешкой, марионеткой на ниточках Бьяджио. Гэйл был мертв, но Бьяджио продолжал жить, и ему еще предстояло ответить за его преступления.

– Есть еще один человек, – объяснил Ричиус. – Тот, кто приказал ее убить. Я понимаю, тебе мало что известно о Наре, но тот человек – настоящий дьявол. Он аристократ Нара. Он был ближайшим советником Аркуса, пока император не умер. Его зовут Бьяджио.

Карлаз попытался произнести непривычное имя.

– Бииаджой, – получилось у него. – Плохой человек?

– О, хуже, чем просто плохой. Порочный. Трийцы верят в ад? Потому что я готов поклясться в том, что он – исчадие ада. Он приказал захватить мою родину и отдал ее под управление Талистана.

Карлаз скрестил руки на груди.

– Где этот Бииаджой? – прорычал он. – В империи?

– Не знаю, – ответил Ричиус, пожимая плечами. – Новости, которые я получаю из Нара, устаревшие и не слишком достоверные, но я слышал, что он в изгнании.