— Почему-то я не вижу здесь льва, — смущенно произнесла жрица.

— Это странно, — сказала Исида.

— Но с этим гигантом шутки плохи!

— Разве тебе не должны быть известны заклинания, умиротворяющие КА?

— Конечно, но это место особое и…

— Провозвестник поручил тебе открыть тайну гробницы Монтухотепа, а ты не знаешь, как за это взяться!

Опознанная мнимая жрица в испуге попятилась. Из ее левой руки вдруг вырвалось пламя. Женщина взвыла от боли и в безумном порыве бросилась с холма вниз.

Исида вернулась к колоссу.

— Соединись со своим КА, — сказала она ему. — Твой сын, близкий тебе по духу, заботится о нем, и ты стал его собственным КА. Свет порождает твою жизненную энергию, и ты не погибнешь. Сила созидания и божество земли даруют тебе храм и вечное жилище!

Враждебность исчезла с лица каменного колосса. Исида прошла по эспланаде, которая отделяла ее от входа в гробницу, двери которой открылись.

Коридор, свод которого был выложен плитками известняка, вел в боковые комнаты, где хранились предметы погребального культа. После многочисленных поворотов внутри горы коридор наконец вывел Исиду к комнате с саркофагом, где КА фараона сообщалось с божественными таинствами.

Исида долго там размышляла, стараясь проникнуть в намерения великого монарха. Именно он, посвященный в таинства, сохранил для других фараонов Египта главный элемент культа Осириса. Но в книгах Дома жизни не говорилось о каких-либо реликвиях… Тогда что же они имели в виду?

Молодая женщина семь раз обошла вокруг саркофага.

По окончании ритуала все в комнате изменилось.

Потолок стал красного цвета, стены побелели, а пол почернел. Из саркофага явился яркий луч, который указал Исиде на маленькую камеру, высеченную в граните.

Внутри находилась статуя, похожая на статую колосса, но она была завернута в пелены и присыпана землей, как и мумия Осириса.

Исида приподняла ее.

Статуя лежала на бараньей шкуре, которая, согласно иероглифическому тексту, происходила из Абидоса и использовалась во время исполнения таинств.

Жрица сложила баранью шкуру и вынесла из пещеры. Дверь позади нее сама собой закрылась.

Солнце заливало всю вершину холма Осириса, его радостный свет вселял надежду.

К Исиде подбежал Саренпут.

— Я уже начал беспокоиться! Что-нибудь случилось?

— Скорее возвращаемся на корабль и продолжим наше путешествие.

27

Когда Сесострис оказался в Медамуде, что расположен на северо-востоке от Карнака, он узнал, что его дочь только что разыскала баранью шкуру, которая необходима для выполнения Великого таинства. Этот успех был свидетельством завершения важного этапа ее поисков, несмотря на то что они начались так недавно.

Мысленное общение давало отцу и дочери ни с чем не сравнимую силу. Несмотря на расстояние между ними, Исида никогда не была одна. А фараон, в свою очередь, всегда находился в постоянном контакте с душой Икера, удерживая его мумию вдали от второй смерти в ожидании воскресения. Заклинания, которые ежедневно произносили Безволосый и Нефтида, останавливали процесс разложения и поддерживали нетленным промежуточное тело — носитель возрождения.

В конце месяца хойяк, если не все ритуальные условия будут соблюдены, их усилия окажутся тщетными.

Значит, Исида должна была добиться того, чтобы Осирис оказался собранным, а фараон должен был привезти в Абидос новую запечатанную вазу с лимфой бога…

Впереди фараона бежали и кричали дети, женщины бросили свои метлы и посуду, а мужчины оставили свои поля и мастерские — все стремились увидеть, как проезжает удивительный кортеж, образованный из воинов и фараона-гиганта.