– Можно и так сказать.

– А Вандал собирается ее убить. Медленно. Медленно и ужасно.

Голос Джейн дрожал. Она сделала вдох и взяла себя в руки.

– Если бы ты мог, – сказала она, – то помешал бы ему. Ты сам это знаешь.

Джейн, помедлив, кивнул.

– Поэтому я прошу тебя, Джейн. Умоляю тебя. Пойдем со мной. Помоги мне.

Джейн едва не сказал: «Да ты хоть меня видела? Неужели не видишь, в каком я состоянии? Черт побери, да я едва могу ходить. От меня сейчас пользы, как от говна в мусоропроводе».

Но Джейн Макклауд – его дочь. Его дочь. Она обратилась к нему за помощью. Умоляла его спасти ее мать. Она даже надела шапку, связанную его матерью – словно эта шапка с самого начала должна была ей принадлежать. Фамильная реликвия, типа того.

Есть ли у него выбор?

– Ладно, – сказал Джейн. – Ладно, черт побери. Давай выручать твою маму, Джейн. Хватит мне тут отлеживаться, давно пора сделать что-нибудь полезное. Мужчина не должен долго сидеть в запасе.

Анальгетики и аминь

Прежде чем отправиться спать, Саймон заглянул в изолятор проверить Джейна.

– Что-нибудь принести? Тебе уютно?

– Не жалуюсь. Ну почти. Просто… док, эта боль… Она как бы сильная. – Джейн скорчил гримасу и закатил глаза, чтобы подкрепить свои слова. Да, сейчас он притворялся – но не слишком. – Не уверен, что продержусь ночь без какого-нибудь вспомогательного средства.

Саймон достал из ящика пузырек с лекарствами.

– Тут анальгетики.

– Анал-чего? – встревожился Джейн. – Никаких свечей. Я себе в задницу ничего совать не буду.

– Джейн, иногда я даже не понимаю, шутишь ли ты или говоришь серьезно. Анальгетики. Иными словами – болеутоляющие. Принимай по одной – только по одной, – когда и если вспыхнет боль. Таблетки тебе помогут.

– Ясно. Спасибо, док.

– Спокойной ночи, Джейн. Сладких снов.

– Спокойной ночи.

Когда Саймон ушел, Джейн закинул в рот три таблетки и проглотил не запивая. Потом добавил четвертую для ровного счета. Если одна таблетка помогает, значит, четыре сработают в четыре раза лучше, верно?

Теперь оставалось лишь дождаться Джейн.

Она появилась вскоре после одиннадцати. В это время «Серенити» уже полностью затих. Команда устроилась в кубриках и, скорее всего, спала.

Джейн избавился от боли и пребывал в исключительно хорошем настроении. Ему казалось, что сейчас он мог бы станцевать джигу. Все в изоляторе стало ослепительно-ярким, завораживающим и блестящим – во всех смыслах этого слова.

– Ты красивая, – сказал он Джейн. – Как твоя мама, когда я с ней только познакомился.

– Э-э… спасибо, – ответила Джейн.

– Нет, Темп и сейчас красивая, но бывает красота молодости, а бывает красота зрелости, которая не такая красивая, но все равно красивая. Ну ты понимаешь.

– Не уверена. – Джейн слегка нахмурилась. – Джейн, ты нормально себя чувствуешь?

– Нормально? Отлично. Супер. Лучше не бывает.

– Ясно. Просто ты ведешь себя немного… странно.

– Просто рвусь в бой. Мечтаю поскорее отправиться в путь. – Джейн потер ладони. – Мы вернем твою маму, Джейн. И это замечательно.

* * *

Оружие они взяли в кубрике Джейна. Они старались действовать как можно более скрытно, даже при этом Джейн время от времени прижимал палец к губам и говорил «шшш» – чтобы Джейн не забывала.