Джейн выключила двигатель, и байк постепенно остановился. После жужжания байка стрекотание цикад показалось Джейну сладкозвучной музыкой.

Они взяли столько оружия, сколько могли унести, и направились к лагерю. Джейн шла впереди. Она шагала уверенно, а Джейн то и дело спотыкался – не потому, что он неуклюжий, а просто оттого, что он смотрел не под ноги, а вверх, на звезды. Их блеск непреодолимо манил его. Странно, когда путешествуешь среди них на космическом корабле, ты, в общем, не обращаешь на них внимания. Ты даже воспринимаешь эти неподвижные светящиеся точки за иллюминаторами как само собой разумеющееся. Но когда ты на планете, они обретают очарование и блеск, словно они – тысячи алмазов, рассыпанных, чтобы ты мог ими полюбоваться. Обычно Джейн не был склонен к размышлениям, но сейчас он задумался о причинах этого феномена. Возможно, так же обстоит дело и с морем: с берега оно кажется таинственным и будоражащим, но когда ты на корабле, когда тебя окружает вода, оно становится просто морем.

– Вот и лагерь, – сказала Джейн.

Джейн Кобб точно не знал, сколько они прошли, но ему казалось, что не три-четыре мили, а меньше. Или больше. Он не мог сказать точно. Сейчас они стояли на краю скалы из песчаника, и под ними лежало ущелье. В ущелье виднелись десятки, а может, и сотни палаток, а между ними сияли угли костров и стояли лошади на привязи.

Джейн приказал Джейн пригнуться, чтобы ее силуэт не выделялся на фоне звездного неба. Он огляделся и вскоре нашел то, что искал, – пару палаток, которые были крупнее остальных. Одна из них особенно походила на ту, которую выбрал бы для себя босс. Кроме того, Джейн узнал привязанного рядом с ней черного жеребца, на котором Вандал прибыл в Куганс-Блафф. Другого такого в лагере не было.

– Вандал должен быть там. – Он указал Джейн на палатку. – И если это так, значит, там и твоя мама – а может, и Джиллис тоже. Туда мы и ударим.

– Ладно. Значит, мы пробираемся в лагерь, идем к палатке, забираем маму и уходим?

– В общих чертах – да. – Джейн вспомнил, что «Грабители», по слухам, делают неописуемые вещи с юными девушками, и задумался о том, стоит ли брать Джейн с собой в лагерь. А что, если их поймают? Разве тогда он не обречет ее именно на ту судьбу, от которой ее уберегла мать? Но он знал, что Джейн ни за что не останется здесь по доброй воле, а заставить ее он не мог. Они и так уже проделали большой путь. Они были твердо намерены довести это дело до конца – вместе. – Самое главное – не стрелять без необходимости. Часовых я не вижу. По-моему, в лагере почти никого нет. Почти все «Грабители» сейчас участвуют в осаде города. Если не будем шуметь, то, вероятно, без проблем зайдем и выйдем из лагеря.

– А сам Вандал?

– Его предоставь мне. В прошлый раз он уложил меня за счет подлости и коварства. Теперь я верну ему должок. Если сумею перерезать ему глотку, пока он спит, значит, он сам виноват.

Они двинулись вдоль края скалы, пока не добрались до осыпавшегося участка, который превратился в пологий каменистый склон, спускавшийся в ущелье. Джейн услышала, как Джейн что-то напевает себе под нос.

– Что за песня? – прошептала она.

– А?

– Песня, которую ты бурчишь.

– Я бурчу? А, ну да, точно. Она называется «Герой Кантона». Хочешь узнать, о чем она?

– Нет. Я не хочу, чтобы ты пел. Мы ведь вроде должны действовать скрытно?

– Верно. Отныне ни гу-гу. Роток на замок, браток.

– Это… какой-то диалект?

– Нет.

Но Джейн действительно почему-то вдруг заговорил как тот делец с черного рынка – Бэджер.