|
Вполне возможный вариант, ну да не суть. Важно для меня вот что: я не пренебрегал тренировками, и для своего не юношеского возраста очень даже неплох. Не старый пердун, а винтажный газогенератор! Но дома не было магической руды. А сейчас я получил ощутимый бонус, можно сказать, рояль… Но не рояль, к сожалению. Я, скорее всего, сильнее и быстрее местного пейзанина. Слабее, но гораздо более ловкий, чем местный шахтёр: те качаются, но именно “ударить посильнее”, в силу специфики работы. Но силовики, скорее всего, делают меня на голову, даже с новыми кондициями.
При этом есть перспектива: похоже, “физический предел” тут очень сильно отодвинут. Но это так, предварительные выводы, а на деле — посмотрим. Под эти мысли я раскатал камни достаточно, чтобы это была пристойная могила. Совершенно не любитель таких церемоний, но именно к Безымянному я испытывал… ну, некоторую вину. Кроме того, помимо всего прочего, был второй момент, за который я даже мысленно попросил прощения. А именно: по канону маг, который трещал тет-а-тет с безымянным, передал ему письмо для магов огня Миненталя. И несмотря на то, что информация в этом письме нахрен никому не нужна, да и адресована давно отшельничающему Ксардасу, за передачу этой цидулины можно получить некоторые бонусы. Не органный оркестр в кустах, но что-то полезное. И оставлять это трупу — идиотизм… — Да ты издеваешься! — возмущённо обратился я к трупу через пару минут. Труп, как ему и положено, не отвечал. Даже не пырился мёртвыми гляделками: глаза я прикрыл. Просто никакого письма у Безымянного не было. Я даже переборол брезгливость, покопался в мягких сапожках. Ну негде письмо сныкать, вообще! На нём — кожаная рубаха-жилетка с завязками у ворота, кожаные штаны и эти поршни-мокасины. Ну, наручи грубой кожи с металлическими бляшками, которые я прибрал к рукам — наследство могильщику, нормально. Но никаких писем магам огня, да вообще ничего у Безымянного не было! Одежда — и всё… — Или канон — не канон, — присел я на травку, стараясь успокоиться. — Или кто-то просто вытащил это письмо. Правда, когда? Нет, надо искать. Ты уж прости, парень, — обратился я к мертвецу, который понимающе промолчал. И, блин, я даже его сучкообразный хвостик расплёл — и не хрена! Совершенно дурацкое, безрезультатное занятие. — Ладно, может, на словах передал… бред, конечно. Или канон — не канон. А, что самое смешное, — с самоиронией отметил я, — этот парень может ВООБЩЕ не иметь никакого отношения к канону и Безымянному Герою. Просто совпадение, маловероятное — но кто сказал, что невозможное? В общем, одел я безымянного. Наручи и, подумав, широкий пояс с тяжёлой пряжкой оставил себе: не лишнее. Положил вглубь шахты, завалил камнями. Вслух посетовал, что парень так и остался безымянным, вне зависимости от того, герой он или нет. И стал собираться: пристраивать сбрую поудобнее, джинсовку, поменял пояс и… — Ну вы, блин, даёте… — ошалело разглядывал я запечатанное сургучом, переливающееся искорками письмо через секунду.
4. Благожелательный ворюга
Дело всё было в том, что Готика, как выяснилось, имела “игровую условность”. Но я логично предполагал, что эта “условность” — бесконечный инвентарь Безымянного. Но условность была в другом: если Безымянному вваливали до потери сознания, то у него забирали руду и ценности. А, судя по реальности, данной в ощущениях, сделать этого… не могли. Некий, назовём его “пространственным карманом” был в пряжке широкого пояса. Разглядев, я даже заметил вставки из металла, явно отличного от основной пряжки, с… футарком. Феу, Райдо и Эйваз: богатство, дорога и защита. Правда “инвентаря” этот артефакт не показывал, да и данных о его “бесконечности” не было. |
